Блог

Делегируемые полномочия прокуроров

Оглавление:

Акты прокурорского надзора за исполнением законов при производстве следственных действий

(Исаенко В. Н.) («Законность», 2012, N 12)

АКТЫ ПРОКУРОРСКОГО НАДЗОРА ЗА ИСПОЛНЕНИЕМ ЗАКОНОВ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

Исаенко Вячеслав Николаевич, профессор кафедры МГЮА им. О. Е. Кутафина, доктор юридических наук, доцент.

В статье рассматриваются полномочия прокурора по осуществлению надзора за исполнением законов при производстве следственных действий, формы его реагирования на допущенные при этом нарушения.

Ключевые слова: прокурорский надзор, следственные действия, недопустимые доказательства, требование прокурора, постановление прокурора.

The acts of prosecutorial supervision over implementation of laws in the course of investigative activities V. N. Isayenko

The article considers the powers of public prosecutors for supervision over implementation of laws in the course of investigative activities, forms of their response to violations made during performance of the above activities.

Key words: prosecutorial supervision, investigative activities, inadmissible evidence, order of a public prosecutor, resolution of a public prosecutor.

Результаты анализа норм УПК РФ о полномочиях прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия, позволяют выделить следующие формы прокурорского реагирования на нарушения законов при производстве следственных действий: 1) требование об устранении нарушений федерального законодательства (п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК); 2) постановление о признании доказательств недопустимыми (ч. 3 ст. 88 УПК). Применительно к рассматриваемому в статье вопросу требование прокурора надлежит рассматривать как акт реагирования на нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при производстве следственного действия, принимаемый в условиях существования процессуальной возможности устранения этого нарушения и его последствий. Следователь, руководитель следственного органа, дознаватель, начальник подразделения дознания обязаны крайне внимательно отнестись к анализу допущенных ими процессуальных нарушений, в связи с которыми им направлено названное требование. В случае его необоснованного отклонения есть риск принятия на основе недопустимого доказательства процессуального решения, законность и обоснованность которого впоследствии защитник может обжаловать. Это происходит, как правило, в суде. Если защитник заявит следователю ходатайство об исключении недопустимого доказательства в ходе досудебного производства по уголовному делу, то тем самым предоставит ему значительную временную возможность компенсировать исключенное из дела доказательство путем проведения дополнительного или повторного следственного действия, получения других доказательств в подтверждение устанавливаемого обстоятельства из иных источников. Ранее автором отмечено, что подобная тактика действий защитника нацелена на то, чтобы государственный обвинитель в ходе судебного следствия оказался в сложном положении, лишившись важного уличающего подсудимого доказательства, а то и их совокупности. Тем самым достигается не только эффективность, но и эффектность действий защитника, умело использующего промахи предварительного следствия, процессуального контроля и прокурорского надзора в стадии расследования . ——————————— См.: Исаенко В. О проблемах единообразного толкования и применения норм УПК РФ о производстве отдельных следственных действий // Уголовное право. 2009. N 2. С. 81.

Признание прокурором недопустимым доказательства, полученного с нарушением уголовно-процессуального закона, — вынужденная мера, принимаемая им в условиях отсутствия объективных возможностей устранения последствий выявленного нарушения процессуальным путем. Прокурор обязан скрупулезно и взвешенно подходить к оценке такого нарушения и его последствий для дальнейшего осуществления доказывания по делу. Принятие решения об этом возможно только при наличии внутреннего убеждения в непоправимости последствий нарушения закона, допущенного следователем, дознавателем при производстве следственного действия, в результате которого подвергнута сомнению процессуальная доброкачественность исследуемого доказательства. Согласно ч. 3 ст. 88 УПК прокурор вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству подозреваемого, обвиняемого или по собственной инициативе. Несмотря на то что законодатель воздержался от установления в УПК механизма реализации прокурором этого полномочия, оно широко используется на практике. Ее материалы свидетельствуют, что исключение недопустимых доказательств прокуроры осуществляют не только при изучении уголовных дел, поступивших с обвинительными заключениями (обвинительными актами). Поэтому весьма сомнительна практическая полезность, например, такой рекомендации, согласно которой наиболее обоснованным будет признание доказательств недопустимыми на этапе окончания предварительного расследования, когда прокурор изучает уголовное дело, поступившее к нему с обвинительным заключением . Подобная позиция противоречит логике закона. Отнесение оценки доказательств и, следовательно, решения вопроса об исключении тех из них, которые признаны недопустимыми, на этап изучения уголовного дела, поступившего с обвинительным заключением или обвинительным актом, не всегда себя оправдывает. В соответствии с Определением Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2006 г. N 587-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Чулимова Игоря Владимировича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 29 и пунктом 9 части второй статьи 381 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», в силу ч. 1 ст. 75 и ст. 88 УПК, признание доказательств, полученных с нарушением требований УПК, недопустимыми может осуществляться на любой стадии уголовного судопроизводства как по инициативе сторон, так и по инициативе дознавателя, следователя, прокурора или суда . Максимальное использование прокурорами любых возможностей проверки процессуальной надежности доказательств, полученных в результате производства следственных действий, обеспечивает формирование безупречной доказательственной базы по уголовным делам и принятие по ним законных, обоснованных и объективных процессуальных решений, исключает направление в суды дел в отношении лиц, причастность которых к преступлениям и виновность в них не доказана. Тем самым будет достигнуто выполнение содержащегося в п. 1.1 Приказа Генерального прокурора РФ от 2 июня 2011 г. N 162 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия» требования об обеспечении качественного надзора за исполнением законов органами предварительного следствия независимо от их ведомственной принадлежности в соответствии с полномочиями, предоставленными Законом о прокуратуре и УПК. ——————————— См.: Жук О. Д. Прокурорский надзор за исполнением законов при использовании результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве: Учебное пособие. М., 2012. С. 68. Это Определение Конституционного Суда РФ официально не публиковалось // СПС «КонсультантПлюс».

В ст. 88 УПК нет нормы, устанавливающей структуру, реквизиты и содержание постановления о признании доказательства недопустимым. С учетом содержащихся в ч. 4 ст. 7 УПК требований о законности, обоснованности и мотивированности процессуальных решений это постановление в его описательно-мотивировочной части, как представляется, должно включать в себя: 1) характеристику установленного прокурором нарушения уголовно-процессуального закона; 2) перечисление норм УПК, нарушенных при производстве следственного действия (или совокупности следственных и иных процессуальных действий) по получению доказательства; 3) обоснование вывода прокурора о невозможности дальнейшего использования доказательства. В первую очередь задачу обеспечения законности при производстве следственных действий и, следовательно, допустимости полученных в результате их производства доказательств обязаны решать следователь, дознаватель, а также обеспечивающие непосредственный контроль за их процессуальной деятельностью руководитель следственного органа, начальник подразделения дознания. Однако в ч. 2 ст. 39, ч. 3 ст. 40.1, ч. 3 ст. 88 УПК нет положений, наделяющих руководителя следственного органа, начальника подразделения дознания правом исключения недопустимых доказательств, что является существенным пробелом в законодательстве. Поэтому в настоящее время сложно однозначно высказаться о том, каким образом руководитель следственного органа, начальник подразделения дознания могут отреагировать на требование прокурора об устранении нарушений федерального закона, повлекших недопустимость полученных следователем, дознавателем доказательств. Скорее всего, при обнаружении в деле недопустимых доказательств они должны принимать меры к тому, чтобы следователи, дознаватели сами своими постановлениями исключали бы эти доказательства, не использовали их в дальнейшем производстве по делу, не обосновывали бы ими процессуальные решения, не ссылались бы на них в обвинительных заключениях и обвинительных актах. Ограничение прокурора в праве давать следователю указания о проведении тех следственных действий, которые не выполнены, хотя их проведение, безусловно, диктуется обстоятельствами расследуемого преступления, а также о повторном проведении тех следственных действий, при выполнении которых допущены отступления от требований УПК, влекущие недопустимость полученных при этом доказательств, отчасти может быть компенсировано: 1) путем внесения соответствующих предложений при участии прокурора в оперативном совещании, проводимом в порядке координации деятельности правоохранительных органов, с заслушиванием хода и результатов расследования по конкретному делу; 2) при возвращении уголовного дела в следственный орган для дополнительного следствия без утверждения обвинительного заключения с перечислением допущенных по нему процессуальных недостатков при производстве следственных действий, с дачей следователю письменного указания о мерах, которые необходимо принять для их устранения. При этом необходимо иметь в виду, что не все нарушения законов, влекущие названные последствия, могут быть устранены путем повторного производства того следственного действия, при выполнении которого они допущены. Существенным представляется вопрос о полномочиях прокуроров различных уровней по вынесению постановлений о признании доказательств недопустимыми. Согласно ч. 5 ст. 37 УПК полномочия по осуществлению надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия и, соответственно, по принятию процессуальных решений в рамках этих полномочий предоставлены прокурорам городов, районов, их заместителям, приравненным к ним специализированным прокурорам (транспортным, военным, природоохранным, по надзору за соблюдением законов в местах исполнения уголовных наказаний, прокурорам ЗАТО) и их заместителям, а также вышестоящим прокурорам. Согласно ст. 15 Закона о прокуратуре прокурор субъекта Федерации имеет первого заместителя и заместителей. По смыслу содержания этой статьи очевидно, что первому заместителю и заместителям прокурора субъекта Федерации наряду с другими делегируются полномочия по организации и осуществлению надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия, в том числе полномочия, предусмотренные ст. 37 и другими статьями УПК. Таким образом, в прокуратуре города, района, межрайонной прокуратуре и приравненной к ним специализированной прокуратуре постановление о признании доказательств недопустимыми вправе вынести как прокурор, так и заместитель, курирующий вопросы надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. В прокуратуре субъекта Федерации и приравненной к ней специализированной прокуратуре такие полномочия есть у соответствующего прокурора или его заместителя, курирующего вопросы организации и осуществления надзора в рассматриваемой сфере. Старший прокурор, прокурор управления (отдела), начальник управления (отдела) прокуратуры субъекта Федерации и их заместители этого делать не вправе, поскольку это противоречит положениям ч. 5 ст. 37 УПК. Однако они изучают уголовные дела, поступившие в связи с жалобами, для рассмотрения вопроса об их направлении в суд субъекта Федерации и по другим поводам и, соответственно, должны обращать внимание на возможное наличие в делах доказательств, не отвечающих требованиям допустимости. При обнаружении таковых названные должностные лица обязаны информировать об этом руководство, составить проект постановления о признании доказательств недопустимыми в соответствии с ч. 3 ст. 88 УПК. При систематических нарушениях уголовно-процессуального закона при производстве следственных действий прокурор также должен реагировать на них путем направления руководителю следственного органа, начальнику подразделения дознания, руководителю органа дознания представлений об устранении этих нарушений и порождающих их причин и условий. Полагаем, что мнение о возможности использования прокурором этого полномочия только в сфере надзора за исполнением законов и законностью правовых актов не имеет оснований.

Другие публикации:  Что такое судимость за кредит

Пристатейный библиографический список

1. Жук О. Д. Прокурорский надзор за исполнением законов при использовании результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве: Учебное пособие. М., 2012. 2. Исаенко В. О проблемах единообразного толкования и применения норм УПК РФ о производстве отдельных следственных действий // Уголовное право. 2009. N 2.

Полномочия прокурора

Понятие и классификация прокурорских полномочий

Под полномочиями прокурора, в соответствии с устоявшимися в науке прокурорского надзора подходам, понимают совокупность (объем) обязанностей и прав, которыми наделяется прокурор для осуществления им возложенных на органы прокуратуры функций. К рассматриваемому термину, с точки зрения правовых подходов, как правило, под полномочием понимается право конкретного лица совершать юридически значимые действия. Д.Н. Ушаков, например, под полномочием понимает «права, которые предоставлены учреждению или лицу органами власти». Если же рассматривать этимологию этого слова, то можно отметить, что «полно мочь» наиболее синонимично со словочетанием «иметь право», нежели выражению «быть обязанным». И анализируя действующие законодательные акты, дает примеры для объяснения схожести терминов «права» и «полномочия».

О применении прокурором полномочий, вопрос следует рассматривать с точки зрения:

  • закрепления определенного полномочия в законе или ином нормативном правовом акте, который регулирует данную деятельность;
  • возможности каждого прокурора применять в своей практике то или иное полномочие, что определяется его должностной компетенцией (см. ниже упомянутое понятие «уполномоченный прокурор» применительно к сфере надзора за исполнением законов в ОРД);
  • установленных законом оснований для применения полномочий в зависимости от сложившейся жизненной ситуации.

Стоит также учитывать, что прокурор является должностным лицом, который осуществляет государственную функцию (или же несколько функций). За это он получает из средств федерального бюджета материальное вознаграждение, точнее содержится налогоплательщиками, и в отличие от предпринимателя, который имеет возможность, исходя из прогнозируемых результатов своей деятельности, не совершать те или иные сделки, прокурор не имеет права задаваться вопросом о неприменении или применении своих полномочий в случаях, которые требуют от него надлежащего решения. Как федеральный государственный служащий, прокурор обязан беспристрастно и добросовестно исполнять свой служебный долг.

Полномочия прокурора, с учетом вышеизложенного, можно рассмотреть как совокупность закрепленных в законах и иных нормативных актах форм изъявления прокурора при осуществлении им надзорной и иной деятельности.

С термином «полномочие» тесно связано понятие «правовое средство», которое чаще всего применяется в надзорной деятельности прокурора, хотя обладает универсальным характером и распространяется на все виды прокурорской работы и при этом символизирует собой тезис о безусловной невозможности применения прокурором «неправовых средств», то есть тех, которые не предусмотрены нормами закона или иного правового источника регулирования. Например, участвуя в прокурорско-надзорных отношениях, которые являются разновидность административных отношений, прокурор не имеет права даже в благих целях, в том числе и при однозначно прогнозируемых позитивных результатах, руководствоваться знакомым гражданско-правовым принципом «разрешено все то, что не запрещено законом». Иначе в таком случае будет разрушен один из главных принципов организации и деятельности прокуратуры Российской Федерации, который закреплен в Федеральном законе «О прокуратуре» в ст. 4., — принцип законности. Данный принцип предполагает обязанность прокурора осуществлять свои полномочия в строгом соответствии с законами, действующими на территории российского государства.

Также соотношение понятий «правовое средство» и «полномочие» можно раскрыть следующим примером. В соответствии с п. 3 ст. 22 Закона, прокурор либо его заместитель имеет право, в случае установления факта нарушения закона, своим постановлением освободить лиц, которые незаконно были задержаны на основании решений вынесенных несудебными органами. При этом полномочием прокурора будет выступать его право (а по существу, обязанность, так как речь идет о незаконном ограничении права гражданина на свободу) принять меры, предусмотренные законом, по освобождению. А реализовываться данное полномочие будет с помощью правового средства, а именно, постановлением об освобождении лица, который был задержан по решению несудебного органа.

В данном случае, рассмотренное правовое средство является сходным к применяемому в практике и науке прокурорского надзора его осуществления понятию «акт прокурорского реагирования», так как прокурор реагирует, предпринимает меры, пресекает имеющиеся нарушения и освобождает незаконно задержанное лицо. Понятие «правовое средство» имеет наиболее широкое значение, так как распространяется не только на надзорную (в том числе не только в части реагирования), но и на функциональную деятельность прокуроров.

К примеру, в п.1 ст. 22 Закона о прокуратуре, прокурор имеет право или полномочие вызвать граждан и должностных лиц для объяснений по поводу нарушения закона. Но правовым средством реализации такого полномочия будет являться не акт реагирования, так как применяется для сбора доказательств, в процессе осуществления проверки, а повестка о вызове в прокуратуру для дачи объяснений по поводу нарушения закона. Такой ненадзорный вид прокурорской работы, как участие в правотворческой деятельности, сопряжен с полномочием (правом) прокурора вносить в законодательные и иные органы, которые обладают правом законодательной инициативы, соответствующего и нижестоящего уровней предложения о дополнении, изменении, о принятии и отмене законов и иных нормативных правовых актов. Путем применения такого правового средства, как информации прокурора, направляемое в соответствующий орган, уполномоченный принять надлежащие меры, и реализуется данное полномочие.

Прокурор обладает широким кругом полномочий, что определяется многоаспектностью его прокурорской деятельности, а в настоящее время, с учетом имеющего место отраслевого, функционального и предметного разделения труда между оперативными работниками органов прокуратуры. Найдется небольшое количество специалистов, которые знают весь спектр возможностей, и разрешающий прокурорской системе решать возложенные на нее различные задачи во многих сферах общественной жизни.

С учетом того, что в прокурорской деятельности доминируют функции прокурорского надзора, а также сохранявшегося на протяжении нескольких десятилетий названия учебной дисциплины «Прокурорский надзор» и научной специальности при классификации прокурорских полномочий подходы в основном затрагивали надзорные аспекты.

Так, классическое представление о надзорных полномочиях прокурора с незначительными возможными вариациями выглядит таким образом:

  • проверочные полномочия (полномочия, которые направлены на выявление нарушений законодательных актов);
  • полномочия по реагированию (направлены на устранение нарушений закона);
  • профилактические полномочия (направлены на предупреждение нарушений нормативно-правовых актов). Некоторые источники объединяют вторую и третью группу, что является обоснованным, так как они задействуются после проведения проверочных мероприятий.

Существует мнение, что фактически все полномочия содержат в себе профилактическое ядро, так как, к примеру, добившись отмены незаконного правового акта путем принесения протеста, прокурор подобным образом предупреждает наступление негативных последствий от применения незаконного документа.

Полномочия по реагированию нельзя рассматривать односторонне, которые направлены лишь только на устранение нарушений нормативно-правовых актов. Среди полномочий можно выделить те, при реализации которых единственной целью является привлечение нарушителя к ответственности, установленной законом. И в качестве примера можно рассмотреть право прокурора выносить постановление о возбуждении дела об административном правонарушении, которое предусмотрено ст. 28.4 КоАП РФ. Сюда также можно отнести установленное в ст. 37 УПК Российской Федерации право прокурора выносить мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов в орган дознания или следственный орган для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных нарушений уголовного законодательства.

Имеют место также полномочия по реагированию, которые преследуют две цели, — постановку вопроса о наказании виновного лица и об устранении нарушений. Сюда можно отнести право прокурора вносить представление об устранении нарушений закона, хотя это полномочие носит и профилактический характер, то есть, по сути, имеет, третью цель. Как правило, в представлении, прокурор ставит вопрос о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности, реже материальной.

К примеру, двойную цель имеет обращение прокурора с исковым заявлением в суд общей юрисдикции о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, так как в случае положительного исхода дела, с одной стороны, будут назначены восстановительные выплаты, а с другой — виновный несет имущественную (эколого-правовую) ответственность.

Анализируя нормы действующего законодательства можно в качестве самостоятельной группы выделить согласовательные полномочия (полномочия, которые связаны с согласованием или санкционированием конкретных решений или действий), и здесь выступает примером ч. 5 ст. 10 Закона о защите права юридических лиц, право прокурора на согласование проведения контрольно-надзорными органами внеплановых проверок.

Стоит также обратить внимание и на другие подходы к классификации полномочий, стоит отметить, что в общем плане все полномочия можно разделить на внутриорганизационные и внешнефункциональные.

Рассматривая первую группу, стоит отметить, что здесь идет речь ведомственном наделении указаниями, приказами и распоряжениями Генерального прокурора РФ должностных лиц органов прокуратуры, которые выполняют отдельные задачи (по кадровым вопросам, контролю за исполнением, правовому обеспечению), соответствующими полномочиями.

Вторая группа образует совокупность форм изъявления, которая предоставлена прокурору для решения задач связанных с осуществление надзорной и иной деятельности. Здесь идет речь о закрепленных в нормативных актах полномочиях, хотя и в отношении нефункциональных направлений деятельности (к примеру, для правового просвещения, взаимодействия с институтами гражданского общества и органами публичной власти). Соответствующие полномочия закрепляются в организационно-распорядительных документах Генерального прокурора Российской Федерации. Но также Закон о прокуратуре предоставляет руководителю прокурорского ведомства право на издание документов, которые обязательны для исполнения работниками других органов. Таким образом, для их исполнения являются обязательными:

  • указания Генерального прокурора по вопросам, которые не требуют законодательного регулирования (п. 2. ст. 20 Закона о прокуратуре);
  • приказы Генерального прокурора по вопросам осуществления государственного единого статистического учета (ст. 51 Закона).
Другие публикации:  Экспертиза аудио записи

Внешнефункциональные полномочия

Внешнефункицональные полномочия подразделяются на:

При этом к надзорным полномочиям можно отнести как формы волеизъявления прокурора, которые закреплены в Законе «О прокуратуре РФ», УПК РФ, Законе об ОРД, а также положениях ряда других нормативных актов Российской Федерации, например, Закона о противодействии экстремизму. Что касается ненадзорных полномочий, то они нашли свое отражение не только в соответствующих нормах Закона о прокуратуре, но и в ряде других федеральных законов и иных источников.

Также надзорные и ненадзорные полномочия можно разделить на такие составляющие, как процессуальные и не процессуальные.

Рассматривая надзорную деятельность, к примеру, процессуальных полномочий можно отнести право прокурора:

  • проверять и истребовать обоснованность и законность решений руководителя следственного органа или следователя об отказе в приостановлении, возбуждении или прекращении уголовного дела (п. 5.1 ч. 2 ст. 37 УПК РФ);
  • в порядке надзора опротестовать постановление, которое вступило в законную силу по делу об административном правонарушении (ст. 30.14 КоАП РФ).

Следовательно, не процессуальные полномочия содержатся в нормах законодательных актов материального права, а именно, в Законе о прокуратуре. Сюда можно отнести такие права прокурора как:

  • рассмотрение и проверка жалоб, заявлений и иных сообщений о нарушении свобод и прав гражданина и человека (п. 1 ст. 27 Закона прокуратуре);
  • посещение органов и учреждений, которые исполняют наказания без имеющегося специального разрешения (п. «б» ч. 1 ст. 24 УИК РФ);

К процессуальным ненадзорным полномочиям прокурора можно отнести право:

  • представления доказательств, при рассмотрении дел об административном правонарушении (п. 2 ч. 1 ст. 25.11 КоАП РФ);
  • вступления в процесс и дача заключений по делам о восстановлении на работе, выселении, о возмещении вреда, который был причинен жизни или здоровью (ч. 3 ст. 45 ГПК РФ).

К примеру не процессуальных ненадзорных полномочий прокурора можно отнести право:

  • созыва координационного совещания (п. 9 Положения о координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью, утвержденного от 18.04.1996 № 567 Указом Президента РФ);
  • обращения с законодательной инициативой в представительные (законодательные) органы государственной власти субъектов Российской Федерации.

В совокупности надзорных полномочий, в качестве самостоятельной классификационной группы, стоит выделить индивидуально-определенные и универсальные.

К индивидуально-определенным полномочиям стоит отнести предусмотренное п. 2 ст. 30 Закона о прокуратуре исключительное право Генерального прокурора Российской Федерации давать обязательные для исполнения указания по вопросам дознания, которые не требуют законодательного регулирования. К универсальным стоит относить полномочия, которые применяются с учетом установленной компетенции прокурорами всех звеньев прокурорской системы, включая и специализированные. Но в основном, это касается полномочий по выявлению нарушений законов.

Так как характер прокурорской деятельности многофункционален, то это способствует выявлению наиболее новых классификационных подходов к полномочиям прокурора.

Прокуратура Камчатского края

Список органов прокуратуры Камчатского края

Календарь новостей

Разъяснения прокурора

О необоснованных проверках или нарушении порядка их проведения предприниматели могут пожаловаться в прокуратуру

ПРОКУРОР РАЗЪЯСНЯЕТ: Составление документа о ДТП с участием пассажирского транспорта

ПРОКУРОР РАЗЪЯСНЯЕТ: Как правильно писать исковое заявление

ПРОКУРОР РАЗЪЯСНЯЕТ: Порядок выдачи разрешения на временное проживание на территории Российской Федерации

ПРОКУРОР РАЗЪЯСНЯЕТ: Порядок получения знака «ИНВАЛИД»

ПРОКУРОР РАЗЪЯСНЯЕТ: Вступили в силу изменения в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»

  • 12.08.2015 05.01.2016 Прокуратура разъясняет
  • Просмотров: 683

24 июля 2015 года вступили в силу изменения в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации».

Поправки касаются передачи федеральных полномочий органам государственной власти регионов.

Усилена ответственность региональных властей за реализацию переданных полномочий. В частности, за ненадлежащее исполнение переданных полномочий высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации может быть отрешено от должности Президентом Российской Федерации в связи с утратой доверия Президента Российской Федерации.

Кроме того, введен дополнительный механизм передачи на региональный уровень полномочий, реализуемых федеральными органами исполнительной власти.

По общему правилу передача полномочий федеральных органов исполнительной власти органам государственной власти субъектов Российской Федерации осуществляется федеральными законами.

Согласно изменениям в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» ряд полномочий федеральных органов может передаваться нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации.

В таком порядке могут быть переданы полномочия по осуществлению федерального государственного надзора в области защиты прав потребителей, в сферах недропользования, ветеринарии, пожарной безопасности, организации и функционирования особо охраняемых природных территорий, охраны и использования животного мира, обеспечения безопасности дорожного движения, государственной регистрации прав на недвижимость, землеустройства и ряде иных сфер.

Предполагается, что данный механизм передачи полномочий позволит более оперативно принимать управленческие решения, способствующие повышению эффективности исполнения федеральных полномочий.

Одновременно с передачей федеральных полномочий региональным властям делегируются полномочия по применению мер административного воздействия (кроме полномочий по рассмотрению дел об административных правонарушениях в области дорожного движения).

Соответствующие изменения внесены в федеральное законодательство Федеральным законом 13.07.2015 № 233-ФЗ.

Начальник отдела по надзору за исполнением федерального законодательства

2. Компетенция помощника прокурора и его возможности в обеспечении допустимости доказательств.

Говоря о полномочиях помощника городского (районного) прокурора, мы исходим прежде всего из положения ст.54 Закона о прокуратуре РФ в редакции 1999г. о наличии компетенции прокуроров различных уровней, в том числе и помощников прокурора.

К сожалению, Закон о прокуратуре не раскрывает существа такой компетенции, применительно к надзору за исполнением законов органами следствия и дознания, нет такой нормы и в УПК. Лишь в некоторых статьях Кодекса говорится, наряду с прокурором, о фигуре его заместителя (ст. 96, 133, 153, 174, 214, 215, 216 УПК и др.).

В характеристике полномочий помощника прокурора мы исходим из положения о том, что задачей помощника является подготовка основных процессуальных актов для прокурора, подписывая которые тот осуществляет надзор за деятельностью помощника. В то же время мы считаем, что некоторые процессуальные действия и решения помощник все же вправе принимать самостоятельно.

Определение такой компетенции представляет собой самостоятельную и непростую задачу, решение которой должно быть основано на анализе норм УПК, Закона о прокуратуре, Приказов Генерального прокурора, практики прокурорского надзора и рассмотрения судами уголовных дел.

В первую очередь, для того, чтобы определить круг полномочий помощника, необходимо выделить процессуальные функции, которые закон возлагает на вышестоящих по отношению к нему прокуроров.

Для этого необходимо отметить положения УПК, в которых речь идет о полномочиях прокурора и его заместителя: ст. 96 (право санкционирования ареста), 97 (продление срока содержания под стражей), 133 (продление срока следствия), 153 (отстранение обвиняемого от должности), 167 (санкционирование выемки документов, содержащих государственную тайну), 168 (санкционирование обыска), 173 (выемка документов, содержащих сведения, являющиеся государственной тайной), 174 (наложение ареста на корреспонденцию и выемка ее в почтово — телеграфных учреждениях), 188 (помещение в лечебно — психиатрическое учреждение обвиняемого или подозреваемого, не содержащегося под стражей), 214, 215, 216, 217 УПК (принятие решений по делу, поступившему с обвинительным заключением).

Во-вторых, следует исключить нормы, в которых речь идет о санкционировании иных мер процессуального принуждения и производства следственных действий, разрешении отводов (ст. 63, 73, 75, 89, 92, 93, 101 УПК), а также даче согласия на прекращение дел по нереабилитирующим основаниям (ст. 6, 7, 8, 9 УПК). Очевидно, что речь в них идет о лишь о полномочиях прокуроров и их заместителей.

Анализ норм, в которых речь идет о прокурорах, осуществляющих надзор за следствием и дознанием (ст. 97, 121, 133 УПК — продление процессуальных сроков до одного месяца по делу, возвращенному судом для дополнительного расследования), также позволяет утверждать, что закон говорит о прокурорах, либо их заместителях.

И последнее. Важно учесть компетенцию прокуроров различных уровней, установленную в ряде случаев Законом о прокуратуре и приказами Генерального прокурора РФ. Так, ч.2 ст.33 Закон о прокуратуре в говорит о возможности освобождения каждого незаконно подвергнутого задержанию только на основании постановления прокурора или его заместителя. Приказ Генерального прокурора РФ № 90 от 15.12.98г. “О порядке рассмотрения обращений и приема граждан в органах прокуратуры РФ” содержит требование о том, чтобы решения об отклонении обращений граждан принимали прокурор или его заместитель, и они же давали ответы заявителям. Указание Генерального прокурора № 8/40 от 05.02.98 “О порядке предания гласности материалов прокурорской и следственной деятельности работниками Генеральной прокуратуры Российской Федерации” и Указание № 43/39 от 23.06.98 “О дополнительных мерах по обеспечению сохранности служебной информации при расследовании уголовных дел”, конкретизируют ст. 139 УПК, устанавливающую порядок придачи данных предварительного следствия гласности и возлагают контроль за этой деятельностью на заместителей Генерального прокурора, прокуроров субъектов федерации, районных, городских прокуроров.

Обобщая положения названных норм применительно к статье 211 УПК, характеризующей полномочия прокурора по осуществлению надзора за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия можно назвать действия и решения, которые находятся в исключительной компетенции прокурора и его заместителя. Это санкционирование заключения под стражу, производства обыска и других действий следователя и органа дознания, отстранение обвиняемого от должности; продление срока расследования и содержания под стражей в качестве меры пресечения; возвращение уголовных дел органам дознания и предварительного следствия со своими указаниями о производстве дополнительного расследования; изъятие от органа дознания и передача следователю любого дела, передача дела от одного органа предварительного следствия другому, а также от одного следователя другому в целях обеспечения наиболее полного и объективного расследования; отстранение лица, производящего дознание, или следователя от дальнейшего ведения дознания или предварительного следствия, если ими допущено нарушение закона при расследовании дела и некоторые другие из числа вышеназванных полномочий.

Другие же полномочия прокурора, предусмотренные ст.211 УПК, применительно к компетенции помощника, должны определяться строго индивидуально, с учетом действующего законодательства и приказов Генерального прокурора.

Другие публикации:  Бесплатный адвокат в караганде

По вопросу об объеме и характере письменных указаний, исходящих от помощника прокурора, наша точка зрения сводится к следующему:

Помощник прокурора вправе давать от своего имени письменные указания следователю поднадзорного правоохранительного органа по различным вопросам расследования, которые не находятся в исключительной компетенции прокурора или его заместителя а также, за исключением указаний о привлечении в качестве обвиняемого, квалификации преступления и объеме обвинения, о прекращении дела, т.е. процессуальных действий и решений, обжалование которых следователем вышестоящему прокурору влечет за собой приостановление исполнения указаний.

В вопросе о правомерности возбуждения помощником прокурора уголовного дела мы исходим их анализа норм уголовно-процессуального законодательства и Закона о прокуратуре.

В соответствии со ст.112 УПК уголовное дело может быть возбуждено прокурорами в пределах их компетенции. В самом УПК эта компетенция не определена, однако из содержания ч.1 ст. 25 Закона о прокуратуре, регламентирующей полномочия прокурора по осуществлению общего надзора и ст. 54 Закона вытекает, что помощник прокурора, исходя из характера нарушения, допущенного должностным лицом, вправе вынести мотивированное постановление о возбуждении уголовного дела. В аналогичном порядке могут решаться вопросы о возбуждении уголовного дела в случае нарушения прав и свобод человека и гражданина (ч.2 ст.27 и ст.54 Закона о прокуратуре).

В то же время ч.2 ст.22 Закона о прокуратуре говорит о возможности возбуждения уголовного дела по основаниям, установленным законом, лишь прокурором и его заместителем.

Налицо коллизия правовых норм в рамках одного законодательного акта. Вместе с тем, по нашему мнению, допустимо толковать закон в пользу правомерности принятия помощником прокурора принятия самостоятельных процессуальных решений о возбуждении дел о преступлениях, но лишь по составам, подпадающим под определение ч.1 ст.25 и ч.2 ст.27 Закона о прокуратуре. Однако при этом, следует иметь ввиду, что данные полномочия Закон о прокуратуре связывает с осуществлением надзора за соблюдением Конституции и исполнением законов федеральными министерствами, государственными комитетами, службами и иными федеральными органами исполнительной власти, представительными и исполнительными органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций, а также надзора за исполнением указанными субъектами прав и свобод человека и гражданина, что также сужает сферу действия названных норм.

Принимая во внимание, что в последнее время в судебной практике ярко проявились тенденции к более строгой оценке допустимости доказательств, в частности к требованию о производстве тех или иных процессуальных действий, принятию процессуальных решений надлежащим лицом, мы не рекомендуем помощникам принимать самостоятельные решения о возбуждении дел за исключением случаев, предусмотренных ч.1 ст.25 и ч.2 ст.27 Закона о прокуратуре.

Отказ же помощника прокурора в возбуждении дела представляется возможным, так как такое решение может быть обжаловано прокурору и отменено им, что можно расценивать как дополнительную гарантию законности принятого решения. Кроме того, в Постановлении Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности части четвертой статьи 113 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР от 29 апреля 1998 г. No. 13-П в связи с запросом Костомукшского городского суда Республики Карелия не ставится под сомнение обоснованность вынесения решения об отказе в возбуждении уголовного дела помощником прокурора г.Костомукши в отношении гр. Климочкина А.В. в связи с дорожно-транспортным происшествием. Более того, Конституционным Судом подчеркнуто, что порядок установленный ч.4 ст.113 УПК, в соответствии с которым отказ прокурора, следователя, органа дознания в возбуждении уголовного дела может быть обжалован надлежащему прокурору, сам по себе не противоречит провозглашенным в Конституции Российской Федерации гарантиям прав и свобод человека и гражданина, — он призван обеспечивать оперативное устранение нарушений закона, допускаемых в ходе проверки заявлений и сообщений о совершенных преступлениях.

Прекращение уголовных дел, отмена незаконных и необоснованных постановлений следователей должны по-нашему мнению производится прокурорами и их заместителями по подготовленным помощниками прокурора материалам. Рекомендуемый порядок тесно связан с необходимостью строгого соблюдения требования ст.127 УПК о процессуальной самостоятельности следователя, который при производстве предварительного следствия все решения о направлении следствия и производстве следственных действий принимает самостоятельно, за исключением случаев, когда законом предусмотрено получение санкции от прокурора, и несет полную ответственность за их законное и своевременное проведение.

В отношении незаконных и необоснованных процессуальных решений органа дознания, процессуальная самостоятельность которых законом в большей степени ограничена, по нашему мнению, можно согласиться со сложившейся практикой их отмены помощником прокурора, осуществляющим надзор за соответствующим органом дознания с согласия прокурора или его заместителя, хотя более правильной была бы все же подготовка процессуальных решений от имени прокурора или его заместителя. Речь идет, прежде всего, об отмене постановлений о приостановлении дознания и прекращении уголовного дела.

Таким образом, осуществляя надзор за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия, помощник прокурора вправе:

1) возбуждать дела о преступлениях, но лишь по составам, подпадающим под определение ч.1 ст.25 и ч.2 ст.27 Закона о прокуратуре;

2) требовать от органов дознания и предварительного следствия для проверки уголовные дела, документы, материалы и иные сведения о совершенных преступлениях, ходе дознания, предварительного следствия и установления лиц, совершивших преступления; проверять не реже одного раза в месяц исполнение требований закона о приеме, регистрации и разрешении заявлений и сообщений о совершенных или готовящихся преступлениях;

3) давать письменные указания о расследовании преступлений, производстве отдельных следственных действий и розыске лиц, совершивших преступления;

4) участвовать в производстве дознания и предварительного следствия и в необходимых случаях лично производить отдельные следственные действия или расследование в полном объеме по любому делу. (Данные полномочия вытекают из содержания ст. 31 и 54 Закона о прокуратуре, в соответствии с которыми помощник прокурора вправе принять к своему производству расследование любого преступления и Приказа Генерального прокурора № 31 от 18.06.97г. “Об организации прокурорского надзора за предварительным следствием и дознанием”, предписывающего прокурору, его заместителю или помощнику при решении вопроса о санкционировании ареста допрашивать лиц, подлежащих аресту);

5) отказывать в возбуждении уголовных дел; 1.

давать заключения по вопросам, отнесенным к компетенции прокурора или его заместителя, в частности, о прекращении либо приостановлении производства по уголовным делам; об обоснованности предъявленного обвинения и избрания меры пресечения и иным вопросам; 2.

отменять незаконные и необоснованные постановления о прекращении и приостановлении дел органами дознания; 1.

рассматривать по поручению прокурора обращения граждан и лично давать ответы заявителю с сообщением об удовлетворении его требований, а также разъяснения.

Представляется, что все указанные полномочия так или иначе могут быть связаны с обеспечением помощником прокурора допустимости доказательств.

Вместе с тем, анализ названных выше нормативных актов, не дает ответа на целый ряд вопросов, связанных с компетенцией помощника прокурора. Так, остается неясным вправе ли он принимать самостоятельные процессуальные решения о соединении и выделении дел (ст. 26), предъявлять и обеспечивать гражданский иск (ст. 29, 30), рассматривать заявления об отводах переводчика, специалиста, адвоката (ст. 66, 67, 67.1), разрешать ходатайства эксперта об участии при проведении следственных действий (ст. 82), принимать решения о приобщении к делу вещественных доказательств (ст. 84), направлять заявление без возбуждения дела по подследственности или подсудности (ст. 114), ограничивать обвиняемого и его защитника в ознакомлении с материалами дела (ст. 201 УПК) и некоторые другие.

Представляется, что помощник прокурора может осуществлять эти и другие полномочия, предусмотренные УПК, в рамках делегированных ему вышестоящим прокурором. По мысли В.П.Рябцева такое делегирование возможно в двух направлениях: в порядке использования процессуальных полномочий временно отсутствующего должностного лица, а также реализации прав, определяемых должностным инструкциями, утверждаемыми соответствующими прокурорами.

Замещение помощником прокурора должности прокурора или заместителя является частным случаем в надзорной практике (болезнь, очередной отпуск, временное отстранение от исполнения служебных обязанностей и т.п.). Более важным представляется определение компетенции помощника приказом или должностной инструкцией. Яркий пример такого делегирования полномочий содержится в Приказе Генерального прокурора № 57 от 21.10.96г. “Об организационных основах деятельности прокуратур городов с районным делением”, в п.4 которого Генеральный прокурор предоставляет прокурорам городов с районным делением целый комплекс различных полномочий уровня прокуратуры субъекта федерации.

Специальными инструкциями на практике определяется компетенция управлений (отделов) прокуратур и их сотрудников (начальников соответствующих подразделений, их заместителей, прокуроров отделов) при этом, в ряде случаев, делегируются некоторые полномочия прокурора и его заместителя подчиненным прокурорам. Однако такие инструкции, не отличающиеся единообразием, существуют, как правило, лишь в аппаратах прокуратур — субъектов федерации. В городских (районных) прокуратурах в лучшем случае есть распоряжения прокурора о территориально-предметном распределении обязанностей между помощниками, в которых не определена их компетенция (в том числе делегированные полномочия).

Радикально проблему могло бы решить дополнение УПК нормой, в которой, по аналогии со ст. 54 Закона о прокуратуре, необходимо предусмотреть предметную компетенцию прокуроров различных уровней.

Но до тех пор Генеральная прокуратура могла бы разработать типовые Инструкции о распределении полномочий прокуроров разных уровней, осуществляющих надзор за исполнением законов органами следствия и дознания для прокуратур-субъектов федерации и городских (районных) прокуратур.