Блог

Может ли адвокат быть допрошен в качестве свидетеля

Адвокат в качестве свидетеля

Может ли лицо, выступающее очевидцем и в дальнейшем опрошенное в качестве свидетеля быть адвокатом и защищать права и интересы обвиняемого в суде?

Добрый день, Григорий! Защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он ранее участвовал в производстве в качестве свидетеля (ч.1 ст. 72 УПК РФ).

Вызывает следователь в качестве свидетеля можно чтоб вместо меня пошел адвокат на допрос.

Это не гражданское судопроизводство, так что идти придётся самому лично. Принцип при допросе: своя рубашка ближе к телу, так что всё что известно по делу лучше сказать.

Нет. нельзя. Допрос ведется только лично свидетеля. Адвокат может сопровождать вас как свидетеля во время допроса, это обусловлено требованиями к доказательствам и доказыванию при расследовании уголовного дела или при доследственной проверке.

Мир. судья привлекает моего адвоката в качестве свидетеля на стороне ответчика против меня. Законно ли использовать адвоката, представляющего по ордеру мои интересы в городском суде, чтобы он в мировом суде выступал свидетелем на стороне ответчика?

В соответствии со ст. 92 ГПК свидетелями по гражданскому делу не могут быть; представители по гражданскому делу и защитники по уголовному делу — относительно обстоятельств, которые им стали известны в связи с исполнением обязанностей представителя или защитника;

Здравствуйте. Адвокат не может быть свидетелем по делу, в котором являлся защитником или доверителю. Это нарушение кодекса профессиональной этики адвокатов и процессуального законодательства. Заявляется отвод судьи.

Мир. судья привлекает моего адвоката в качестве свидетеля на стороне ответчика против меня. Законно ли использовать адвоката, представляющего по ордеру мои интересы в городском суде, чтобы он в мировом суде выступал свидетелем на стороне ответчика? Такого в принципе быть не может.

Если я давал показания у следователя в качестве свидетеля без адвоката, могу ли изменить эти показания?

Показания можно менять хоть по десять раз в день, никаких особых препятствий для этого не существует. Другое дело, конечно, что показания нужно согласовывать с адвокатом.

Сегодня вызывают на очную ставка в качестве свидетеля. Адвокат не может явится туда ввиду занятости. Какие мои действия могут быть?

Можете взять ст. 51 Конституции РФ и отказаться от дачи показаний. Можете отказаться от дачи показаний без своего адвоката. Можете проконсультироваться с защитником чтобы он вам рассказал какие показания давать.

Доложите об этом следователю, он свяжется с вашим адвокатом и перенесет день очной ставки, без адвоката очную ставку проводить следователь не имеет права и что с адвокатом со своим не проконсультируетесь в чем проблема то.

Адвокат должен поставить в известность следователя или дознавателя о невозможности явки, и следственое действие будет перенесено на другую дату. От вас ничего не требуется.

Адвокат был допрошен в качестве свидетеля. По ГПК он может на следующем заседании участвовать в качестве представителя истца. Является ли запретом Гл.2 ст.6 п.4 закона об адвокатуре?

Согласно ст. 56 УПК РФ не подлежит допросу в качестве свидетеля адвокат, защитник – об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием. Ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», усиливая адвокатский свидетельский иммунитет и защищая адвокатскую тайну, говорит о том, что адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием. Конституционный Суд РФ неоднократно отмечал, что приоритет УПК РФ перед другими федеральными законами не является безусловным. В частности, он может быть ограничен правилами о том, что в случае коллизии между различными законами равной юридической силы приоритетными признаются последующий закон и закон, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений. Более того, о безусловном приоритете норм уголовно-процессуального законодательства не может идти речь и в случаях, когда в иных законодательных актах устанавливаются дополнительные гарантии прав и законных интересов отдельных категорий лиц, обусловленные в том числе их особым правовым статусом.[1] Анализ правовых норм позволяет сделать вывод, что адвокат не только не может быть допрошен, но и не может быть вызван на допрос в качестве свидетеля по делу, по которому он оказывал (оказывает) юридическую помощь. При этом адвокату следует иметь в виду, что Кодекс профессиональной этики адвоката, устанавливающий обязательные для каждого адвоката правила поведения, запрещает адвокату давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые ему стали известны в связи с исполнением профессиональных обязанностей.

Адвокат был допрошен в качестве свидетеля. На следующем заседании судья разрешила ему участвовать как представителю истца. Можно ли сослаться на. Гл 2 ст.6 п.4 Закона об адвокатуре.

Здравствуйте! ДА, конечно можно УДАЧИ ВАМ

Меня вызывают на допрос в качестве свидетеля в другой город Могу ли я пригласить с собой адвоката и за чей счёт переезд?

Добрый день! безусловно можете

Свидетель имеет право явиться на допрос с адвокатом. Расходы, связанные с оплатой проезда на допрос по заявлению подлежат оплате.

Сколько примерно стоит адвокат для присутствия при допросе в качестве свидетеля? Один раз Спасибо.

Здравствуйте! У всех адвокатов разные цены

Имею ли я право на адвоката в качестве свидетеля по делу (при опросе в полиции) если я воспользуюсь ст 51 констицуции рф не привлекут ли меня за отказ от дачи показаний?

По ст.51 никто не привлечет.

Можете соглашение заключить с адвокатом, следователь не предоставит. Можете не свидетельствовать против себя и близких родственников

Здравствуйте! Имеете право. Но приглашать адвоката и оплачивать его работу должны будете Вы сами.

Адвокатов можно превращать в свидетелей, решил Мосгорсуд

Адвокат Александр Васанов снова не смог доказать, что его нельзя было вызывать на допрос в качестве свидетеля. После того, как следователь допросил его по делу, в котором Васанов был защитником, его отстранили от процесса. Так следствие избавляется от многих адвокатов, но Васанов упорнее других борется этой практикой.

Его дело попало в Мосгорсуд уже в третий раз, а началось еще два года назад. Представляя свидетельницу по громкому уголовному делу, защитник был принудительно приведен на допрос, а затем отстранен от участия в разбирательстве. Сочтя это нарушением прав адвокатов, Васанов пытался признать действия следствия незаконными через судебные инстанции, адвокатскую палату и уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина. Между тем, как ранее отмечал и сам Лукин, и опрошенные эксперты, следственные органы нередко практикуют отстранение адвокатов от участия в уголовном судопроизводстве, незаконно переводя их в статус свидетелей.

Инцидент, из-за которого адвокат Александр Васанов до сих пор ходит по судебным инстанциям, связан с уголовным делом, возбужденным против руководства ООО «Финсервисконсалтинг» еще три года назад. Весной 2009 года следствие посчитало, что гендиректор компании Игорь Грабовский и его заместитель Александр Олешко занимались обналичиванием денежных средств, и предъявило им обвинение по ст. 171 УК РФ (незаконное предпринимательство).

В июне 2009 года, когда Грабовский и Олешко еще проходили по делу свидетелями (впоследствии им была инкриминирована ст. 271 УК РФ (незаконная банковская деятельность) и ст. 210 УК РФ (участие в преступном сообществе), к ним обратился главный эксперт-консультант организационно-инспекторского департамента МВД РФ подполковник Александр Жарков, предложивший за $1,7 млн помочь в прекращении расследования. Однако предприниматели обратились в департамент собственной безопасности МВД РФ, и 29 июня 2009 года Жарков был арестован при получении взятки, а в декабре приговорен к четырем годам заключения. Как сообщал «Коммерсант», именно после этого произошло предъявление новых обвинений, а адвокаты предпринимателей назвали «преследование своих подзащитных местью со стороны правоохранительных органов за разоблачение подполковника Жаркова».

Васанов в этом громком деле представлял интересы Ольги Нарежняк, проходившей в качестве свидетеля, и 13 января 2010 года явился вместе с ней на допрос. Однако во время следственных действий со своей доверительницей адвокат сам в них поучаствовал против своей воли — сначала он получил от следователя Александра Козюлина повестку о вызове в качестве свидетеля, а после принудительного привода и последовавшего допроса был отстранен от участия в деле. Посчитав это грубейшим нарушением своих прав, адвокат решил обратиться в суд с заявлением о признании незаконными: действий следователя по вызову на допрос в качестве свидетеля, по применению принудительного привода, по допросу в качестве свидетеля и по отводу от участия в уголовном деле.

Однако 5 марта 2010 года судья Тверского райсуда Татьяна Неверова в удовлетворении жалобы отказала, а 14 апреля 2010 года это решение подтвердил Мосгорсуд. Не найдя защиты в суде, Васанов обратился в Адвокатскую палату Москвы и к Уполномоченному по правам человека в РФ Владимиру Лукину, а палата и Лукин — к начальнику ГСУ Ивану Глухову. Лукин констатировал: «следственные органы ГСУ при ГУВД по Москве укореняют практику незаконного отстранения адвокатов от участия в уголовном судопроизводстве, а также препятствования их деятельности и получения интересующих следствие сведений, относящихся к адвокатской тайне На это указывают мнимость допросов, их систематичность и быстрота отвода защитников, отсутствие следственного интереса после отвода». Как комментировал ситуацию юрист Альберт Феоктистов: «Следователи частенько применяют описанный метод для устранения от дел неугодных им адвокатов. Они вызывают адвоката на допрос в качестве свидетеля, задают ему несколько дежурных вопросов, а на следующий день отстраняют его от участия в защите фигурантов по данному делу». Однако Глухов в действиях своих подчиненных нарушений не нашел. Тогда Лукин обратился уже в надзорные судебные инстанции с заявлением о пересмотре принятых судебных актов. И после рассмотрения ходатайства Президиум Мосгорсуда 13 июля 2012 года постановил отменить эти акты и вернуть дела для повторного рассмотрения в тот же суд в ином составе.

Другие публикации:  Коллективный договор в центре детского творчества на 2019 год

Дело попало в руки небезысвестной судьи Елены Сташиной, которая 3 сентября этого года удовлетворила почти все требования Васанова, но отказалась признавать неправомерным решение следователя о привлечении адвоката в качестве свидетеля. То есть признала незаконными все последствия вызова Васанова на допрос — в том числе его отстранение от процесса, — но не сами действия по вызову.

Тогда адвокат обратился в Мосгорсуд, оспаривая также и действия следователя по вызову его на допрос в качестве свидетеля. Сегодня председательствующая Ирина Колесникова отметила, что кроме кассационной жалобы будет рассмотрено и представление прокуратуры, в котором отмечено, что сентябрьское постановление райсуда следует отменить и направить на новое рассмотрение, «поскольку оснований для удовлетворения [в сентябре] заявления [Васанова] не имелось».

Выступившая прокурор Деветьярова была так же кратка: «Поддерживаю представление в полном объеме, прошу отправить дело на пересмотр в тот же суд в ином составе».

Васанов напомнил судьям основные доводы своей жалобы: «У следователя не было судебного разрешения на проведение следственных мероприятий, как того требует п. 3 ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Кроме того, адвокат указал на ст.56 УПК РФ, которая запрещает допрос адвоката об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с оказанием юридической помощи. «В момент вручения мне повестки о вызове меня на допрос следователю Казюлину было известно, что я являюсь адвокатом, и повестка была мне вручена в ходе осуществления мной адвокатской деятельности», — подчеркнул адвокат. Более подробно коллегия выслушивать доводы отказалась, сославшись на то, что «все и так изложено в жалобе», и удалилась на совещание. Спустя пять минут судья Колесникова сообщила присутствующим, что решение Тверского райсуда оставлено без изменений, а жалоба и представление отклонены.

Васанов после заседания поделился своим удивлением: «УПК РФ не содержит указания на обязанность следователя получить судебное решение, предоставляющее ему право проводить следственные действия в отношении адвоката, однако КС РФ своими актами (от 29 июня 2004 года и от 8 ноября 2005 года) разъяснили, что приоритет УПК РФ перед другими федеральными законами не является безусловным». Он процитировал статью 7 УПК РФ, которая по своему конституционно-правовому смыслу не исключает применение в ходе производства процессуальных действий норм иных – помимо Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации – законов, если этими нормами закрепляются гарантии прав и свобод участников соответствующих процессуальных действий. «Таким образом, — подытожил Васанов, — при принятии следователем решения о допросе адвоката в качестве свидетеля по уголовному делу подлежат применению именно положения Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», допускающие допрос адвоката только на основании судебного решения».

Он пообещал и дальше оспаривать решение следователя о вызове его на допрос. Между тем, судьба его бывшей доверительницы ему доподлинно неизвестна, он только знает, что она все еще проходит свидетелем по продолжающемуся уголовному делу.

Адвокат-свидетель. Проблемы остаются

14 августа 2013 г.

Не хотелось возвращаться к этой проблеме, но… Но похоже мы от нее и не уходили.

«В соответствии со ст.188 УПК РФ (с учётом п.п.2,3 ч.2 ст.56 УПК РФ) Вам надлежит прибыть…к старшему следователю…для допроса в качестве свидетеля по уголовному делу №…».

Дежурный текст дежурной повестки, в который мы с вами даже не вчитываемся – слишком много за время работы мы видели и повесток, и уведомлений. И ничего бы не было и в этой повестке необычного, если бы она не была адресована адвокату, участвующему в этом деле в качестве защитника. Хочет следователь знать то, что знает адвокат. Хочет он получить показания (лучше признательные) не только от обвиняемого, но и от защитника. Он же, по его мнению, работает на благо государства. Так почему же ты – обвиняемый, и ты – защитник, не желаешь ему помочь?

Мне вспоминается случай из 90-х, когда один из «важных» следователей «шестого» отдела при проведении следственного действия с искренним возмущением заявил мне: «Вы почему мешаете следствию?». Трудно мне было ответить на этот вопрос. Вообще, труднее всего отвечать на глупости. Если вопрос по существу, то и ответить на него можно по-человечески. На глупые вопросы ответить трудно, а иногда и невозможно. Почему я, адвокат-защитник, должен помогать следствию? Почему мои советы обвиняемому, моему доверителю, прямое исполнение моих обязанностей воспринимается как помеха в работе следователя? Возможно, безапелляционная правота, непогрешимость в работе следственных органов, подтвержденная статистическими данными, создает у них впечатление в том, что все вокруг им должны? Должны помогать, рассказывать, доносить? Ан нет.

Помните ли вы в уголовном кодексе статью о недонесении и почему она была исключена? Потому что в цивилизованном государстве нельзя на граждан возлагать функции правоохранительных органов и привлекать их к уголовной ответственности за их неисполнение.

А примечание к ст.307 УК РФ, которое исключает возможность привлечения к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний до приговора суда? Только судом устанавливается как достоверность показаний, так и умысел лица на сообщение заведомо ложной информации. И не надо «выбивать» нужные показания под страхом привлечения к уголовной ответственности.

Нет, не является следователь лицом, устанавливающим истину в последней инстанции. Не вправе он судить обо всех и обо всем. В противовес ему как стороне обвинения уголовно-процессуальное законодательство ставит сторону защиты – адвоката, а также возможность, а иногда и необходимость судебного контроля. Что может произойти без этого мы все знаем и помним.

«Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения» — ч.ч.2,3 ст.8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ».

«Не подлежат допросу в качестве свидетелей:

2) адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого — об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием;

3) адвокат — об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи» — п.п.2,3 ч.3ст.56 УК РФ.

Тем не менее, запрет на допрос адвоката в качестве свидетеля не абсолютный. Адвокатский иммунитет имеет свои границы и связан с адвокатской тайной и самим фактом оказания юридической помощи. Именно поэтому законодатель и указал в специальном законе норму, в соответствии с которой именно суд должен вынести решение о праве следователя допросить адвоката. Следователь должен доказать суду, что адвокат обладает информацией, не составляющей адвокатскую тайну, и имеющую отношение к расследуемому делу. Однако, на моей памяти таких обращений в суд не было, за исключением обысков, которые сами по себе требуют санкции суда.

И почему же? Да просто потому, что для этого надо кому-то что-то доказывать, предоставляя при этом достоверную и достаточную информацию. Проще просто так вызвать повесткой. А то, что по закону «адвокат не может быть вызван в качестве свидетеля», то это, за исключением самих адвокатов, мало кого интересует.

Что же мы имеем в результате? Многочисленные обобщения и рекомендации, последняя из которых была в предыдущем номере «Вестника» (на сайте ФПА РФ http://www.fparf.ru/zazhita_prav/o_vyzove_advokata_dl.htm), определения и постановления Конституционного Суда РФ и множество решений других судов, в том числе и ЕСПЧ. К сожалению, возвращаться к этой теме приходится снова и снова.

«… следствию предоставлены результаты оперативно-розыскной деятельности, из которых следует, что адвокат N подлежит допросу в качестве свидетеля по обстоятельствам, произошедшим в 2012 году, которые не связаны с оказанием юридической помощи на основании соглашения, заключенного в апреле 2013 года.

14 июля 2013 г. N (адвокат) вызвана на допрос в качестве свидетеля по данному уголовному делу.

Поскольку N с 14 июля 2013 года участвует в производстве по данному уголовному делу в качестве свидетеля, в силу требований п.1 ч.1 ст.72 УПК РФ она не вправе участвовать в производстве по этому же уголовному делу в качестве защитника или адвоката» — из постановления об отводе адвоката.

Вот с такими новеллами уголовно-процессуального законодательства приходится сталкиваться нам с вами в своей работе.

Соглашение теперь как оказывается можно заключать только с теми, с кем раньше никогда не общался. В противном случае – иди сюда в качестве свидетеля и рассказывай, что у вас за тайны с доверителем.

Само написание повестки адвокату (вроде бы как в нарушение Закона) уже дает право называть защитника свидетелем. То есть сама по себе повестка есть безусловное основание для отвода адвоката.

Наличие в п.1 ч.1 ст.72 УПК РФ слова «ранее», как бы не замеченное следователем, не имеет для него никакого значения. «Ранее участвовал в качестве свидетеля» — «ранее» убираем, прошедшее время забываем, как итог отводим любого адвоката.

Юридической помощью, как оказывается, является только участие адвоката в уголовном деле в качестве защитника и только с даты, указанной в соглашении. О гражданских делах забудьте. О консультациях и советах тоже. От работы с юридическими лицами можно отказаться. И ч.2 ст.2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» можно считать утратившей силу.

Вопрос: зачем? Неужели следователь наивно полагает, что может получить от адвоката необходимые ему доказательства виновности обвиняемого? Я полагаю, что следователь неглупый человек, прекрасно всё понимает и преследует совершенно иные цели. «Адвокат, не мешайте работать», а будете мешать, мы вас отведем.

Другие публикации:  Размер пособия по временной нетрудоспособности от стажа

Мне бы хотелось обозначить корень этой проблемы, который, по моему мнению, врос в нашу судебно-следственную систему еще на заре становления советской власти. И, к сожалению, усилиями всех проводимых реформ, выкорчевать его нет пока никакой возможности.

Трудно работать следствию, не спорю. Хотя есть много профессий, где работа не легче. Трудно добыть доказательства виновности. А надо. А для этого надо быть хорошим профессионалом – и сыскарём, и процессуалистом. Но есть простой путь – путь имени Вышинского. Надо, чтоб сам рассказал.

«Задержанный уже дает показания», «подозреваемый сознался в совершении преступления» — знакомы вам такие фразы из средств массовой информации? Так обычно нам вещают о раскрытии (слово то какое) очередного преступления. И это в порядке вещей. И если есть признательные показания, то всё. И суду всё ясно. Крайне редко удается опорочить эти показания. Потому как было признание царицей доказательств, так ею и осталось. Поэтому необходимо получить признательные показания, может быть даже и от адвоката. А нет – тогда отведем и с другим попробуем.

Что движет отдельными работниками оперативных служб и следственных органов, когда они любыми путями стараются доказать чью-то виновность? Может быть интересы государства, чьими представителями они являются? Может действительно, мы все должны им активно помогать, изобличать? Наверное, где-то и должны. Но только в рамках закона. Помогать тем, кто в силу своих обязанностей за его соблюдением и следит. Должен следить. Потому как других задач у них нет.

Мне запомнилась одна высказанная кем-то фраза в отношении деятельности не в меру рьяного сотрудника: «из ложно понятых интересов службы». Наверное, некоторые из них искренне верят, что так и должно быть, что так и должна работать правоохранительная система. И пытаются решить свои профессиональные задачи любыми средствами, полагая, что действуют во благо. И защищают интересы государства и общества, не обращая внимания на людей, из которых это общество и состоит, на их судьбы, на их семьи, забывают при этом об их правах, как «мешающих работать», о том кто они, для чего они и кому служат. А на поверку оказывается, что эти государственные интересы ничего не значат, когда дело касается его самого или близкого ему человека. Так что, лукавство это всё.

Наверное, немногие из представителей нашей судебно-правовой системы обращали внимание на отличие ныне действующей Конституции России от Конституции СССР. Государство у нас сейчас – не главное.

«Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства» — ст.2 Конституции РФ.

Наверное, немногие из работников прокуратуры обращали внимание на то, что прокуратура осуществляет свою деятельность «в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства» — ч.2 ст.1 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации». Сначала закон и права человека, а уж после государство.

Человек и гражданин, его права и свободы, начиная с 1993 года, в нашей стране являются высшей ценностью. И для меня лично не важно, является ли этот человек и гражданин подозреваемым или обвиняемым, потерпевшим или свидетелем, адвокатом или следователем. Для меня важно, чтобы люди, обладающие властными полномочиями, не забывали, для чего им эти полномочия даны. Чтобы они помнили, что в их руках права и свободы человека, что они должны их защищать, и там уже как следствие будут защищены и интересы государства.

Ещё одна фраза из того давнего времени не дает мне покоя. И подозреваю, что для некоторых она служит оправданием: «цель оправдывает средства». Казуистика, которая в свое время привела к весьма печальным последствиям. Цель не может оправдывать средства. Цель определяет средства. По средствам и методам можно определить и цель. Нельзя добиться установленными Законами и Конституцией целей средствами, которые им же и противоречат. Нельзя добиться соблюдения законности, самим её нарушая.

Кто ж такой адвокат? В глазах некоторых это человек, который мешает следствию, который защищает преступников, несказанно при этом наживаясь. А по мнению Европейского суда по правам человека адвокат – это составная часть судебной системы, того треугольника, в основе которого обвинение и защита, а на вершине суд. И я склонен думать также. Потому что без адвоката судебная система рухнет, не устоит она без защиты. Правосудие в его истинном понимании предполагает, впрочем как и ч.3 ст.123 Конституции РФ, равенство сторон, равноправие обвинения и защиты, состязательность, при соблюдении которой судебный акт можно назвать актом правосудия.

Вот именно поэтому в УПК РФ и в ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» закреплен запрет на допрос адвоката, а его возможность обусловлена получением судебного решения. Не может быть правосудия там, где сторона обвинения допрашивает сторону защиты. Поэтому общепризнано, что по отношению к адвокатуре в обществе можно судить по отношению к правосудию. Постоянно проживая в этой стране и зная ситуацию изнутри, мне нечего возразить.

«Относительно поставленных в ходатайстве защитником вопросов о возможной ответственности…других лиц,…а также утверждений о том, как именно исполнитель совершал преступление, то есть по сути – дача защитником показаний за обвиняемого…следствием расценивается как выход защитника за пределы процессуальных полномочий, предоставленных ст.53 УПК РФ, ст.ст.2, 6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», в связи с чем в соответствующей части оценки доводам адвоката не даётся, поскольку для их полного и объективного разрешения требовался бы допрос N (адвоката) в качестве свидетеля, в частности – по вопросам о том, откуда ей известно…» — из постановления следователя, которое получил адвокат в ответ на ходатайство о прекращении уголовного дела. Наверное, с точки зрения следователя, адвокату кроме составления досудебного соглашения и присутствия при его подписании в уголовном судопроизводстве больше делать ничего и не положено. Ну может быть еще дать показания в качестве свидетеля.

Оставив в стороне эмоции, давайте вернемся, уважаемые коллеги, к главному: что же делать, если такое всё-таки произошло, и вас хотят допросить? За последний месяц органы следствия трижды предпринимали такие попытки, и положительных эмоций такие ситуации не вызывают. Я не ставлю сейчас своей целью обобщить все то, что относится к вызовам адвокатов на допрос – каждый из нас в состоянии это сделать. Мне только хотелось сказать, что такая тенденция у органов следствия есть

Для начала – не волноваться. Отнеситесь к этому как к маленькому стихийному бедствию, которое нужно пережить, переждать, от которого нужно защититься и к которому просто надо быть готовым. Помните о своем статусе – адвокат заслуживает уважения, если только он сам себя уважает. Помните, что вы лично представляете все адвокатское сообщество, за вами стоят ваши коллеги, которые ожидают от вас внятного, профессионального реагирования и которые не оставят вас наедине с вашими проблемами.

Перечитайте все рекомендации, информационные письма, обзоры по нарушениям прав адвокатов. В них есть ссылки на судебные решения, в том числе и Конституционного Суда РФ.

Не реагируйте на телефонные вызовы или устные приглашения. Зачастую они имеют другие цели, чаще всего психологического характера. Сразу же потребуйте письменный документ: повестку, уведомление.

Незамедлительно обратитесь в Совет Адвокатской палаты, письменно изложив существо дела и приложив копию повестки. Все материалы отправляются в Федеральную палату адвокатов РФ, откуда уже идет обращение в надзирающие органы. Обобщённые материалы уже являются предметом обсуждения в вышестоящих органах, в министерстве юстиции, в правительстве, в аппарате уполномоченного по правам человека.

Составьте письменный ответ, в котором напомните следователю нормы закона, правоприменительную практику, позицию судов всех уровней, вплоть до ЕСПЧ. Не забудьте указать, что в случае вашей явки на допрос возможно возбуждение в отношении вас дисциплинарного производства. Примеры тому уже были, и закончились они для адвоката плачевно.

Помните, что в суде адвокат может быть допрошен по вопросам, которые не являются адвокатской тайной, а относятся к публичной информации. В абсолютном большинстве это связано с желанием подсудимого признать недопустимым какие-либо его показания. В таких случаях (и большинство судей к счастью это знают) адвокат может и должен ответить на основные вопросы: было ли следственное действие, присутствовал ли на нём адвокат, проходило ли оно так, как отражено в протоколе и не было ли каких нарушений. Дальше всё покрыто адвокатской тайной. «Суд вправе задавать адвокату вопросы относительно имевших место нарушений уголовно-процессуального закона, не исследуя при этом информацию, конфиденциально доверенную лицом адвокату, а также иную информацию об обстоятельствах, которая стала ему известна в связи с его профессиональной деятельностью» (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2009 года N 970-О-О).

Адвокатская тайна на девяносто девять процентов тайна вашего доверителя. Поставьте его в известность и согласуйте с ним свою позицию.

Если вы участвовали в гражданском деле, разъясните следователю, что понятие юридической помощи, на содержание которой распространяется иммунитет, дано в ч.2 ст.2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», и этот перечень не закрытый.

Напомните следователю основы процессуального законодательства и позицию Конституционного Суда РФ, который говорит о «недопустимости совмещения процессуальной функции защитника с обязанностью давать свидетельские показания по уголовному делу, в котором он участвует» (Определение от 29 мая 2007 г. N 516-О-О). Для приобретения статуса свидетеля адвокат сначала должен быть лишен статуса защитника. Это возможно только постановлением следователя по основаниям, указанным в УПК РФ. Это постановление следует незамедлительно обжаловать в суд. В большинстве случаев следователь не может привести в суде достаточно доводов для обоснования законности такого постановления об отводе.

И в заключении хотелось бы обратиться к тем, кто, согласно официальной информации, иногда не только читает нас, но и слушает. Давайте работать в правовом поле, в соответствии с законом, уважая права и интересы наших граждан. Помните, что единственная функция адвоката – это оказание юридической помощи «физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию» (ч.1 ст.1 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»). И работа по уголовным делам только один из видов адвокатской деятельности.

Другие публикации:  Пенсионер риэлтор

Вице-президент Адвокатской палаты Челябинской области Кузнецов А.Г.

Разъяснения о поведении адвоката при вызове на допрос в качестве свидетеля (утв. Решением Совета от 26.03.09 г.) от 26.03.2009

Утверждено решением Совета палаты

от 26 марта 2009 года (протокол № 04-09)

РАЗЪЯСНЕНИЯ

о поведении адвоката при вызове на допрос в качестве свидетеля

В связи с участившимися случаями вызовов адвокатов на допрос в качестве свидетелей Совет палаты считает необходимым дать следующие разъяснения:

Попытка допросить адвоката в рамках предварительного расследования (дознания) свидетельствует о желании следователей (дознавателей) вывести неудобного для них защитника из числа участников производства по уголовному делу.

Вызов адвоката для допроса в качестве свидетеля в суд обусловлен намерением стороны обвинения (а иногда и суда – по собственной инициативе) получить сведения о допустимости какого-либо доказательства, об исключении которого ходатайствуют подсудимый или его защитник в судебном заседании. Поскольку бремя опровержения доводов о недопустимости доказательства лежит на прокуроре, вызываемый в суд защитник должен выступить свидетелем стороны обвинения, что не может быть признано допустимым в силу самой сути адвокатской профессии.

Согласно ст. 56 УПК РФ не подлежит допросу в качестве свидетеля адвокат, защитник – об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», усиливая адвокатский свидетельский иммунитет и защищая адвокатскую тайну, говорит о том, что адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Конституционный Суд РФ неоднократно отмечал, что приоритет УПК РФ перед другими федеральными законами не является безусловным. В частности, он может быть ограничен правилами о том, что в случае коллизии между различными законами равной юридической силы приоритетными признаются последующий закон и закон, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений. Более того, о безусловном приоритете норм уголовно-процессуального законодательства не может идти речь и в случаях, когда в иных законодательных актах устанавливаются дополнительные гарантии прав и законных интересов отдельных категорий лиц, обусловленные в том числе их особым правовым статусом.[1]

Анализ правовых норм позволяет сделать вывод, что адвокат не только не может быть допрошен, но и не может быть вызван на допрос в качестве свидетеля по делу, по которому он оказывал (оказывает) юридическую помощь.

При этом адвокату следует иметь в виду, что Кодекс профессиональной этики адвоката, устанавливающий обязательные для каждого адвоката правила поведения, запрещает адвокату давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые ему стали известны в связи с исполнением профессиональных обязанностей.

Совет считает, что явка бывшего защитника для дачи показаний по вызову органов расследования либо в суд по просьбе представителя стороны обвинения недопустима и являет собой проступок, компрометирующий адвоката и подрывающий доверие к нему и институту адвокатуры.

В случае вызова адвоката в суд в качестве свидетеля по правилам ст. 188 УПК РФ, адвокат обязан уведомить суд о невозможности своего допроса в качестве свидетеля по делу с указанием причин и ссылкой на ст. 56 УПК РФ и ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ».

Если адвокат все же прибыл по судебной повестке в судебное заседание, то после разъяснения ему председательствующим прав, предусмотренных ст. 56 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, адвокат обязан воспользоваться свидетельским иммунитетом.

Совет считает, что адвокат вправе дать показания по делу своего бывшего доверителя только в том случае, если:

— адвокат приглашен для допроса в качестве свидетеля в судебном заседании по ходатайству стороны защиты;

— его показания необходимы для защиты прав и интересов обвиняемого;

— если имеется согласие доверителя на вызов и допрос адвоката в качестве свидетеля.

При этом Совет напоминает, что профессиональная тайна обеспечивает иммунитет доверителя, предоставленный последнему Конституцией РФ. Никто – ни сторона обвинения, ни суд – не вправе требовать от адвоката нарушить требование закона о сохранении профессиональной тайны.

Адвокат не может быть освобожден от обязанности хранить профессиональную тайну никем, кроме доверителя.

[1] Определение КС РФ от 08.11.2005г. №439-О. По жалобе граждан С.В.Бородина, В.Н.Буробина, А.В.Быковского и других на нарушение их конституционных прав статьями 7,29,182 и 183 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

© 2012, Адвокатская палата Красноярского края

Может ли адвокат быть допрошен в качестве свидетеля

Уголовно-процессуальный кодекс (УПК) запрещает допрашивать адвоката об обстоятельствах, которые стали ему известны по уголовному делу, и этот запрет распространяется на любые события независимо от того, произошли они до или после допуска адвоката к участию в деле. Об этом говорится в отказном определении Конституционного суда (КС) по жалобе бизнесмена Василия Буркова: он оспаривал ч. 4 ст. 49 УПК, согласно которой защитник допускается к участию в уголовном деле после предъявления удостоверения адвоката и ордера.

В начале сентября 2011 г. адвокатом Буркова, против которого было возбуждено уголовное дело, стал Виктор Доможиров, он посещал Буркова в сизо и по его поручению собирал документы, которые хранил дома и в офисе. В конце сентября у адвоката был проведен обыск, а его самого привлекли к уголовной ответственности как соучастника Буркова и отстранили от защиты. В 2015 г. Буркова признали виновным в преднамеренном банкротстве, а Доможирова – в пособничестве. Суды посчитали, что Доможиров не приобрел статус защитника, поскольку не предъявил следователю удостоверение и ордер на защиту, а значит, положенные в основу приговора документы, изъятые в ходе обысков, не относятся к адвокатской тайне и были изъяты правомерно. По мнению Буркова, оспоренная норма ограничивает пределы действия адвокатской тайны, так как правоприменители не относят к ней сведения, собранные адвокатом при оказании помощи по делу до предъявления следователю удостоверения и ордера. Фактически обвиняемый обязан согласовывать со следователем выбор защитника и уведомлять его о действиях по своей защите, говорилось в жалобе.

В октябре 2015 г. адвокат Владимир Дворяк, приговоренный к исправительным работам за разглашение тайны следствия, пожаловался в ЕСПЧ на дискриминацию. По его мнению, защитник – единственный участник процесса, которому грозит наказание за раскрытие данных следствия.

КС напомнил, что адвокат не может быть допрошен в качестве свидетеля, проведение оперативных мероприятий в отношении адвокатов допускается только на основании решения суда, а полученные в ходе таких мероприятий сведения могут быть использованы в качестве доказательств обвинения, только если они не входят в производство адвоката по делам его доверителя. Ранее КС указывал, что право на адвоката не может быть ограничено ни при каких обстоятельствах. А помощь адвоката в уголовном судопроизводстве включает предварительные консультации, разъяснения по правовым вопросам и т. д. В связи с этим КС посчитал, что неопределенность в статье УПК отсутствует.

Подобная проблема весьма распространена, говорит статс-секретарь Федеральной палаты адвокатов Константин Добрынин: «И вопрос здесь не столько в защите статуса адвоката, сколько в защите интересов доверителей или обычных граждан. Поскольку зачастую правоохранители произвольно толкуют нормы УПК, расширяя их по своему усмотрению». Правозащитник Павел Чиков полагает, что у КС нет четкой последовательной позиции относительно прав адвокатов: «Позиция КС противоречива, потому что, например, подписку о неразглашении данных следствия у адвокатов отбирать можно, хотя у их подзащитных нельзя, а допрашивать адвокатов по делу клиента нельзя». Уголовных дел в отношении адвокатов со времени дела ЮКОСа становится все больше, а КС в очередной раз уклонился от выражения четкой позиции о неприкосновенности прав защитников, формально сославшись на существующий в УПК запрет, который не помешал адвоката осудить, рассуждает правозащитник: «Тревожная тенденция, что КС в последний год часто приходится возвращаться к ситуации с правами адвокатов по уголовным делам. Суд не понимает, что это сигнал того, что на адвокатскую профессию идет давление со стороны правоохранительных органов, – а КС как раз та инстанция, которая могла бы выступить в защиту. Сейчас выступление в защиту адвокатов означает выступление в защиту уголовного процесса вообще». По мнению Чикова, КС мог бы вынести постановление, где сформулировал бы ряд антиконституционных практик, которые сложились в отношении защитников по уголовным делам.