Блог

Договора дарения признаки

Понятие, признаки и виды договора дарения

Понятие, признаки и виды договора дарения

Договор дарения — гражданско-правовой договор, по которому одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) имущество в собственность.

Основу правового регулирования отношений, связанных с дарением, составляют правила ГК РФ, образующие общую часть обязательственного права (ст.307–453), а также специальные нормы о дарении (ст.572–582). Положения ГК РФ, посвященные общим положениям о договоре дарения, запрещении, ограничении, отмене дарения, дополняются нормами, содержащимися в отраслевом законодательстве Российской Федерации. Например, отдельные нормы института дарения содержатся в НК РФ (п.6 ст.85, п.18, 28 ст.217), ФЗ от 11.07.2001 г. N 95-ФЗ «О политических партиях» (ст.30)[41], ФЗ от 31.12.1995 г. N 226-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации „О государственной пошлине“» (п.4 ст.4) [42], Законе РФ от 12 декабря 1991 г. N 2020-1 «О налоге с имущества, переходящего в порядке наследования или дарения» [43] и т. д.

Договор дарения обладает несколькими характерными признаками, каждый из которых является в известной степени самостоятельным и необходимым для выделения этого договора из общей массы гражданско-правовых договоров.

Безусловно, квалифицирующим признаком договора дарения является его безвозмездность. Даритель не получает никакого встречного удовлетворения со стороны одаряемого. По общему правилу, установленному в п.1 ст.572 ГК РФ, при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такой сделке применяются правила о притворной сделке, предусмотренные п.2 ст.170 ГК РФ.

В отдельных случаях одаряемый может быть обременен некоторыми имущественными обязательствами, что само по себе не исключает безвозмездности договора дарения. Например, согласно п.3 ст.582 ГК РФ дарение в общеполезных целях (пожертвование) должно быть, а юридическим лицам может быть обусловлено жертвователем использованием этого имущества по определенному назначению. Исполнение обязательства по использованию имущества в таком случае не является встречным предоставлением, поскольку обязательство по использованию имущества адресовано третьим лицам, а не дарителю (жертвователю). Оно не противоречит безвозмездному характеру договора дарения, поскольку сам даритель в этом случае не получает никакого встречного удовлетворения. Следует подчеркнуть, что обременение одаряемого обязательствами по использованию имущества может иметь место только в случае оформления договора пожертвования, в обычном договоре дарения соответствующие условия установить нельзя. К договору дарения, включающему подобные обязательства, будут применяться правила о притворной сделке, установленные п.2 ст.170 ГК РФ.

Некоторые сложности вызывает толкование норм ГК РФ, определяющих признак безвозмездности договора дарения. Так, при анализе положений п.2 ст.572 ГК РФ закономерно возникает вопрос о том, считать ли встречной передачу вещи (права) или встречным обязательство, осуществляемое одаряемым вне договора дарения по иным сделкам. Детальное рассмотрение этого вопроса заслуживает особого внимания, поскольку от его решения зависит юридическая судьба соответствующего договора. Кроме того, отсутствие встречного предоставления, наряду с общими требованиями законодательства к соблюдению формы договора дарения, является основным критерием действительности рассматриваемого вида договора.

В юридической литературе обосновывались различные позиции по этому вопросу. Так, М. Г. Масевич считает, что «если в соглашении сторон предусмотрено встречное обязательство одаряемого в пользу дарителя, например, передать вещь, оказать услугу и т. п., договор не будет дарением». Такой договор будет определяться нормами, относящимися к договору мены, бытовому подряду или другими, в зависимости от условий договора[44]. Автор придерживается мнения, что для признания договора дарения притворной сделкой на основании п.1 ст.572 ГК РФ условие о встречном предоставлении должно быть установлено в самом договоре дарения.

Иную позицию высказал А. Л. Маковский, который полагает, что для того, чтобы считаться «встречным», предоставление не обязательно должно быть предусмотрено тем же самым договором, что и «подарок». Оно может быть предметом отдельной сделки и иногда даже с другим лицом (например, когда за полученный или обещанный дар «одаряемый» исполняет обязанность дарителя перед третьим лицом). Важна причинная обусловленность «дарения» встречным предоставлением со стороны «одаряемого»[45]. Данный подход поддерживает и В. В. Витрянский, который пишет: «Действительно, то обстоятельство, что „дарение“ причинно обусловлено встречным предоставлением со стороны „одаряемого“ (в том числе и по иной сделке) бесспорно свидетельствует о том, что стороны, заключая договор дарения, на самом деле имели в виду сделку, совершаемую на возмездной основе, которую они хотели прикрыть сделкой дарения»[46].

Чаще всего отграничение дарения от иных гражданско-правовых договоров о передаче имущества не составляет особого труда, однако не следует относится пренебрежительно к иным (помимо безвозмездности) признакам дарения. Такие признаки договора дарения, безусловно, являются производными от квалифицирующего признака безвозмездности дарения, но, как справедливо отмечает В. В. Витрянский, без их рассмотрения «договор дарения нельзя будет отличить, например, от любого другого гражданско-правового договора на передачу имущества, освобождающего контрагента от его оплаты либо иного встречного предоставления, хотя лицо, передающее имущество, не будет иметь намерения одарить контрагента»[47]. К ним относятся две пары корреспондирующих признаков:

1) наличие у дарителя намерения одарить контрагента путем увеличения его имущества за счет собственного; согласие одаряемого на получение дара;

2) увеличение имущества одаряемого; уменьшение имущества дарителя.

Поскольку акт дарения — договор, его совершение зависит от волеизъявления сторон. Из этого следует, что для того, чтобы договор дарения считался заключенным и мог повлечь юридически значимые последствия, недостаточно только волеизъявления дарителя: необходимо, чтобы одаряемый также выразил намерение принять имущество в дар. В случае несогласия одаряемого принять дар договор дарения не будет считаться заключенным и, соответственно, не повлечет юридически значимых последствий, на которые рассчитывал даритель при предложении дара (переход права собственности на имущество к одаряемому). Отказ одаряемого принять дар возможен в случае, когда для него нежелательны последствия, связанные с переходом права собственности на имущество, например, обремененное залогом, сервитутом и т. п. В подобных случаях одаряемому не имеет смысла отягощать себя дополнительными обязательствами, и он вправе отказаться от принятия дара.

Волеизъявление сторон должно быть добровольным. В случае совершения договора дарения под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения одной стороны с другой, а также в случае, когда гражданин был вынужден совершить договор вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, договор дарения может быть признан судом недействительным по ходатайству заинтересованного лица.

Определяя основные признаки договора дарения, ГК РФ выделяет особенности регулирования его видов — договора обещания дарения и договора пожертвования, каждому из которых также присущи свои квалифицирующие признаки.

Договор обещания дарения — консенсуальный договор, порождающий обязательство дарителя осуществить передачу одаряемому имущества в собственность или имущественное право либо освободить одаряемого от обязательства. Обязательству дарителя в этом случае корреспондирует право одаряемого требовать исполнения обещания. Характерным является то, что во всех без исключения случаях договор обещания дарения должен быть оформлен письменно (п.2 ст.572 ГК РФ) и содержать ясно выраженное намерение дарителя совершить в будущем безвозмездную передачу конкретной вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности (п.2 ст.572 ГК РФ).

Договор пожертвования — договор дарения вещи или права в общеполезных целях, под которыми следует понимать цели, полезные как для общества в целом, так и для отдельных социальных групп (например, лиц пенсионного возраста, лиц определенной профессии, лиц, проживающих в определенной местности и т. п.) (п.1 ст.582 ГК РФ). Из приведенной формулировки следует первый признак этого вида договора — обусловленность использования дара.

Согласно п.3 ст.582 ГК РФ пожертвование имущества гражданину должно быть, а юридическим лицам может быть обусловлено жертвователем использованием этого имущества по определенному назначению. Это вовсе не означает, что имущество может быть использовано по любому назначению только в силу воли жертвователя. Не всякое назначение использования имущества, обусловленное жертвователем, может совпадать с целевым назначением имущества, установленным законодательством. Например, жертвователь земельного участка сельскохозяйственного назначения не может обязать одаряемого использовать этот участок, скажем, для жилищного строительства. Очевидно, что подобные условия использования имущества будут нарушать нормы законодательства об использовании имущества строго по его целевому назначению. Поэтому, заключая договор пожертвования, следует с особым вниманием подходить к вопросу об установлении возможных пределов использования имущества, учитывая при этом требования законодательства.

При отсутствии условия об использовании имущества пожертвование гражданину признается обычным дарением, а в остальных случаях (когда лицом, принимающим пожертвование, является юридическое лицо) пожертвованное имущество используется одаряемым в соответствии с назначением имущества (п.3 ст.582 ГК РФ). В таких случаях договор пожертвования не утрачивает своей значимости, как в случае с пожертвованием в пользу гражданина.

Второй особенностью пожертвования является сужение предмета этого договора в отличие от договора дарения. Пожертвование не может осуществляться путем освобождения одаряемого от его обязательств. Причину сужения предмета договора пожертвования В. В. Витрянский справедливо видит в том, что жертвователь традиционно должен располагать правом обусловить свое пожертвование использованием дара по определенному назначению. Дарение путем освобождения от обязанностей (при сегодняшнем строе правового регулирования) исключает такую возможность: [48].

Следующая особенность состоит в том, что в отличие от классического договора дарения, на принятие пожертвования не требуется чьего-либо разрешения или согласия (п.2 ст.582 ГК РФ). Такая законодательная формулировка вовсе не исключает обязательности получения согласия одаряемого на принятие дара. Поскольку в большинстве случаев пожертвование осуществляется в пользу особых по социальному статусу субъектов (больницы, детские сады, школы, религиозные объединения и т. п.), у одаряемого вполне резонно может возникнуть вопрос — нет ли необходимости в получении разрешения или согласия какого-либо органа государственной власти, органа местного самоуправления, вышестоящей или контролирующей организации на принятие пожертвования. Именно для исключения появления подобных вопросов и злоупотреблений на этой почве законодатель ввел норму п.2 ст.582 ГК РФ.

Еще один весьма существенный признак договора пожертвования состоит в ограничении круга субъектов на стороне одаряемого. Согласно п.1 ст.582 ГК РФ пожертвования могут делаться: гражданам; лечебным, воспитательным учреждениям; учреждениям социальной защиты и другим аналогичным учреждениям; благотворительным, научным и учебным учреждениям; фондам, музеям и другим учреждениям культуры; общественным и религиозным организациям; государству (Российской Федерации и субъектам Федерации), а также муниципальным образованиям (ст.124 ГК РФ).

Ограничения пожертвований могут касаться и круга лиц со стороны жертвователя. Так, согласно п.3 ст.30 ФЗ от 11 июля 2001 г. N 95-ФЗ «О политических партиях» не допускаются пожертвования политической партии и ее региональным отделениям от:

— иностранных государств и иностранных юридических лиц;

— лиц без гражданства;

— граждан Российской Федерации, не достигших возраста 18 лет;

— российских юридических лиц с иностранным участием, если доля иностранного участия в их уставном (складочном) капитале превышает 30 процентов на день внесения пожертвования (для открытых акционерных обществ — на день составления списка акционеров за предыдущий год);

— международных организаций и международных общественных движений;

— органов государственной власти и органов местного самоуправления;

— государственных и муниципальных организаций;

— юридических лиц, имеющих в своем уставном (складочном) капитале долю государственной или муниципальной собственности, превышающую 30 процентов на день внесения пожертвования;

— воинских частей, военных организаций, правоохранительных органов;

— благотворительных организаций и религиозных объединений, а также от учрежденных ими организаций;

— юридических лиц, зарегистрированных менее чем за один год до дня внесения пожертвования.

Предмет и признаки договора дарения

Понятие договора дарения

В п.1 ст.572 ГК РФ содержится определение понятию «договор дарения».

Согласно договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому, одаряемым) вещь в собственность или право требования к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьими лицами.

Главной особенностью данного договора является его безвозмездность, так как даритель ничего не берет взамен своего дара от одаряемого.

Предмет договора дарения

Рассматривая договор дарения, необходимо подчеркнуть, что предмет данного договора является существенным условием сделки.

Предметом договора дарения могут выступать:

  • Вещи, которые делятся на обычные подарки, стоимость которых не превышает пяти минимальных размеров оплаты труда, и на обычные подарки малой стоимости. На такие подарки не распространяются нормы запрещения дара, отказа от исполнения данного договора или его отмене. Этот договор может быть заключен как в письменной, так и в устной форме.
  • Имущественное право требования к себе, другому лицу или освобождение одаряемого от исполнения обязательств в пользу дарителя или иного лица, если это допускают договорные обязательства, не противоречащие действующему законодательству.

Попробуй обратиться за помощью к преподавателям

Предмет данного договора имеет особое требование, а именно его конкретизация. Если данное условие не исполнено, то такой договор будет считаться ничтожным.

Признаки договора дарения

В научной литературе выделяется ряд признаков договора дарения, которые позволяют его выделить в отдельный тип договорных обязательств в системе гражданско-правовых договоров.

  1. Главным признаком данного договора, отличающим его от всех остальных договорных обязательств, является его безвозмездность, так как даритель ничего не берет взамен своего дара от одаряемого.
  2. Вторым признаком данного договора является прирост имущества одаряемого за счет снижения объема имущества у дарителя или освобождение дарителем одаряемого от имущественных обязательств. Согласно этому признаку, некоторые исследователи приравнивают к договору дарения, продажу имущества по значительно заниженной стоимости. Данный признак должен так же отличить договор дарения от иных сделок, где есть признак увеличения имущества одной из сторон сделки, но отсутствует признак уменьшения за счет другой. Подобные правоотношения, часто возникают в сфере страхования, если страховой случай наступает. Третьим признаком данных договорных отношений является намерение у дарителя одарить одаряемого за счет уменьшения собственного имущества.
  3. Если данное намерение отсутствует, то договор признается возмездным и соответственно не подпадает под параметры договора дарения.
  4. Четвертым признаком является добровольное согласие одаряемого на получение дара. Следует отметить, что договор дарения представляет из себя двустороннюю сделку, поскольку требует желания подарить от дарителя и согласие на принятие дара от одаряемого. Без данного согласия сделка признается ничтожной.

Задай вопрос специалистам и получи
ответ уже через 15 минут!

Здесь охарактеризованы основные четыре признака договора дарения, однако, в современных исследованиях встречаются и другие признаки данного вида договорных правоотношений, такие как:

  • Бесповоротность перехода прав;
  • Бессрочность договора дарения;
  • Увеличение имущества одаряемого;
  • Уменьшение имущества дарителя.

Стоит заметить, что хотя эти признаки и присущи договору дарения, все они входят в состав безвозмездного характера сделки, следовательно, они не могут иметь самостоятельного значения.

Так и не нашли ответ
на свой вопрос?

Просто напиши с чем тебе
нужна помощь

Признаки договора дарения

Рубрика: Государство и право

Дата публикации: 07.11.2017 2017-11-07

Статья просмотрена: 512 раз

Библиографическое описание:

Новикова М. П. Признаки договора дарения // Молодой ученый. — 2017. — №44. — С. 125-129. — URL https://moluch.ru/archive/178/46256/ (дата обращения: 05.02.2019).

Законодатель Российской Федерации при разработке норм права, используя опыт предыдущих поколений цивилистов и адаптируя дарение под современную действительность дал ему следующее определение: ч.1 ст.572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) под договором дарения понимает безвозмездную передачу и обязанность по передаче стороной — дарителем, другой — одаряемому, вещи в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождение или обязанность освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. [Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26 ноября 1996 г. № 14-ФЗ (в ред. от 28 марта 2017 г.) // СЗ РФ. 1996. № 5. Ст. 410; 2017. № 14. Ст. 1998.]

Другие публикации:  Госпошлина в суд спб

Исходя из легального определения договора, можно выделить его характерные черты, при этом одной из основополагающих является безвозмездность передачи. Согласно ч. 2 ст. 423 ГК РФ договор признается безвозмездным если одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления, однако следует несколько расширить это понятие и определить особенности безвозмездности при обременении.

По ранее действующему законодательству, согласно ст.1 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ, утратившей силу с 1 января 2017г., под обременением понимали наличие установленных законом или уполномоченными органами, в предусмотренном законом порядке, условий или запрещений, стесняющих правообладателя при осуществлении права собственности либо иных вещных прав на конкретный объект недвижимого имущества (сервитута, ипотеки, доверительного управления, аренды, концессионного соглашения, соглашения о государственно-частном партнерстве, соглашения о муниципально-частном партнерстве, ареста имущества и других) [Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ (в ред. от 03 июля 2016 г., с изм. и доп., вступ. в силу с 01 января 2017 г.) «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» // СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3594; 2016. № 27 (ч. II). Ст. 4294.].

В соответствии с ныне действующим законодательством, а именно, ч.6 ст.1 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» обременение недвижимого имущества — это возникающие, в том числе на основании договора, либо акта органа государственной власти, либо акта органа местного самоуправления ограничения, в виде сервитута, ипотеки, доверительного управления, аренды, найма жилого помещения [Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ (в ред. от 29 июля 2017 г., с изм. и доп., вступ. в силу с 11 августа 2017 г.) «О государственной регистрации недвижимости» // СЗ РФ. 2015. № 29 (ч. I). Ст. 4344; 2017. № 31 (ч. I). Ст. 4829.].

Из положений законодательства Российской Федерации не исходит, что одна из сторон — одаряемый, свободен от любых имущественных обязанностей. Примером может послужить разновидность дарения, в виде пожертвования, в соответствии с которым передача обусловлена использованием его в общеполезных целях, при этом, такое исполнение не является встречным предоставлением, так как направлено не самому дарителю, а широкому кругу лиц.

В практике применения и реализации исследуемого договора имеются и другие случаи обременения, в том числе, третьими лицами. Примером служит обременение в виде сервитута. По общему правилу, предусмотренному ст. 275 ГК РФ, сервитут сохраняется в случае перехода прав на земельный участок, который обременен этим сервитутом, к другому лицу [Боголюбов С. А., Бутовецкий А. И., Ковалева Е. Л., Минина Е. Л., Устюкова В. В. Комментарий к Земельному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. С. А. Боголюбова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2017. 784 с.]. Это объясняется неразрывной связью сервитута с определенным объектом [Научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / под ред. В. П. Мозолина, М. Н. Малеиной. М.: НОРМА, 2004. 158 с.] и таким признаком сервитута, как право следования [C. С. Алексеев, А. С. Васильев, В. В. Голофаев, Б. М. Гонгало и др. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (учебно-практический). Части первая, вторая, третья, четвертая (постатейный). / под ред. С. А. Степанова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2009. 200 с.].

На практике встречаются случаи, когда исследуемый договор имеет цену, как следствие возникает закономерный вопрос: влияет ли указание стоимости передаваемой вещи на характер договора (возмездного либо безвозмездного).

В практике применения не имеется общего подхода к данному вопросу. Например, в Постановлении Федерального арбитражного суда Центрального округа от 25 июля 2007г. № А54–4329/2006С16 суд указывает, что в оспариваемом договоре согласована цена (условие оплаты), т. е. отсутствует правовое основание для его понимания как договора дарения. При этом, позиция заявителя жалобы на то, что денежные средства или иное имущество, в качестве оплаты по договору не передавалось, не заслуживает внимания, поскольку указанное обстоятельство не является основанием для признания уступки права требования недействительной сделкой [Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 25 июля 2007 г. № А54–4329/2006С16//ООО «НПП «ГАРАНТ- СЕРВИС». URL: http://base.garant.ru/6939674/ (дата обращения 03.11.2017).].

Согласно Постановлению Федерального арбитражного суда Волго — Вятского округа от 14.08.2007 № А11–6153/2006-К1–10/194 позиция заявителя о том, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о безвозмездном характере договора, так как в передаточном распоряжении указана цена сделки 137 рублей 50 копеек, т. е. дарение является ничтожным, прикрывающим договор купли — продажи. Данная позиция никак не подтвердилась и суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в связи с тем, что заявителем не были представлены доказательства встречной передачи вещи, свидетельствующей о возмездном характере договора дарения, то оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции не имеется. Более того, в соответствии с абзацем 4 подпункта 3.4.2. Положения о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг, утвержденного постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг № 27 от 02.10.1997г., необходимо указывать цену сделки, если основанием для внесения записи в реестр является договор дарения, поэтому указание в передаточном акте цены сделки не является доказательством возмездного характера договора [Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.08.2007 № А11–6153/2006-К1–10/194//ООО «НПП «ГАРАНТ- СЕРВИС». URL: http://mobileonline.garant.ru/#/document/23504547/paragraph/1:2 (дата обращения 03.11.2017).].

Исходя из гражданского законодательства о дарении, прямого запрета на указание стоимости в отношении дара не установлено. А практика по указанию стоимости дара является предпочтительной, так как служит для указания ограничения дарения вещей, стоимость которых превышает три тысячи рублей для участников, в отношении которых установлен запрет дарения.

При указании цены договора дарения при удостоверении сделки нотариусом, также возникают вопросы в судебной практике. Например, в Определении Верховного Суда РФ от 15.04.2014 N 19-КГ14–2, по обращению в суд с заявлением о признании незаконными действий, в том числе, временно исполняющей обязанности нотариуса по нотариальному удостоверению сделок, суду стало известно о том, что нотариус направил в адрес налогового органа справку об отчуждении имущества по исследуемому договору с указанием номинальной стоимости передаваемого в дар имущества [Определение Верховного Суда РФ от 15.04.2014 N 19-КГ14–2//ЗАО «КОНСУЛЬТАНТ ПЛЮС». URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ARB&n=390476#0 (дата обращения 03.11.2017)].

Судом было установлено, что ст. 53 Основ о нотариате предусматривает удостоверение сделок нотариусами, для которых законодательством Российской Федерации установлена обязательная нотариальная форма [«Основы законодательства Российской Федерации о нотариате» от 11 февраля 1993 г. № 4462-I (в ред. от 03 июля 2016 г., с изм. и доп., вступ. в силу с 01 июля 2017 г.) // Российская газета. 1993. 13 мар.; 2016. № 27 (ч. II). Ст. 4294.]. Пункт 11 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ определяет, что сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале Общества, подлежит нотариальному удостоверению, данное несоблюдение влечет за собой недействительность этой сделки [Федеральный закон от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ (в ред. от 29 июля 2017 г., с изм. и доп., вступ. в силу с 01 сентября 2017 г.) «Об обществах с ограниченной ответственностью» // СЗ РФ. 1998. № 7. Ст. 785; 2017. № 31 (ч. I). Ст. 4782.].

В соответствии со ст. 5 Основ о нотариате справки о нотариальном удостоверении договоров дарения направляются в налоговый орган в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Часть 6 ст.85 Налогового кодекса Российской Федерации от 31 июля 1998 г. N 146-ФЗ определяет обязанность нотариусов, занимающихся частной практикой, сообщать о нотариальном удостоверении договоров дарения в налоговые органы по месту своего нахождения, месту жительства не позднее пяти дней со дня соответствующего нотариального удостоверения [Налоговый кодекс Российской Федерации от 31 июля 1998 г. № 146-ФЗ (в ред. от 18 июля 2017 г., с изм. и доп., вступ. в силу с 01 октября 2017г.) // СЗ РФ. 1998. № 31. Ст. 3824; 2017. № 30. Ст. 4453.].

Таким образом, указание на цену имущества необходимо для исчисления налога на имущество и исчисление налоговой базы и льгот, кроме того Основы о нотариате, а именно, п.2 ч.1 ст.22.1, предусматривают размеры нотариального тарифа за удостоверение договоров дарения, за исключением договоров дарения недвижимого имущества: детям, в том числе усыновленным, супругу, родителям, полнородным братьям и сестрам — 0,3 процента суммы договора, но не менее 200 рублей; другим лицам — 1 процент суммы договора, но не менее 300 рублей, из чего следует закономерный вывод, что закрепление цены договора дарения не свидетельствует об изменении характера исследуемого договора, возмездности сделки и не указывает на притворность и ничтожность сделки.

Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа № Ф03–8643/2010 дал оценку указанной в договоре дарения стоимости передаваемого имущества в качестве дара, как условия договора, необходимого для исчисления государственной пошлины за совершение нотариального действия по его удостоверению в соответствии со статьей 333.24 НК РФ [Постановление ФАС Дальневосточного округа от 17.01.2011 N Ф03–8643/2010 по делу N А59–902/2010 //ЗАО «КОНСУЛЬТАНТ ПЛЮС». URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ADV&n=53242#0 (дата обращения 03.11.2017)].

Из определения договора дарения возможно выделить иные признаки. Во — первых, наличие намерения одарить, во — вторых, согласие одаряемого на получение дара, в — третьих, увеличение имущества одаряемого и, наконец, уменьшение имущества дарителя [Оглоблина О. М. Дарение недвижимого имущества: комментарии и образцы документов. 2 — е изд., перераб и доп. М.: Изд. Тихомирова М. Ю., 2009, 61 с.].

Первым производным признаком является намерение дарителя одарить путем увеличения имущества одаряемого за счет собственного или освобождение от взятых обязательств, что прямо предусмотрено ст. 575 ГК РФ. Общий принцип свободы договоров для применения в практике реализации исследуемого договора, проявляется в возможности как дарителем, так и одаряемым не заключать договор, а также право одаряемого уже после заключения договора отказаться о принятия блага, т. е. дара, данная модель поведения закреплена ст. 573 ГК РФ.

Данное намерение служит для отличия дарения от действий по исполнению каких — либо обязанностей, которые могут быть возложены законом, примером может послужить добровольное возмещение вреда. [Гонгало Б. М. и др. Нотариат и нотариальная деятельность: учебное пособие для курсов повышения квалификации нотариусов / под ред. В. В. Яркова, Н. Ю. Рассказовой. М.: Волтерс Клувер, 2009. 656 с.]. При этом, волеизъявление сторон в обязательном порядке должно быть добровольным (в ситуациях, когда дарение было совершено под угрозы насилия либо обмана, а также в случае совершения дарения из — за тяжелых жизненных обстоятельств на условиях существенно ухудшающих положение дарителя, по заявлению заинтересованных лиц в судебном порядке может быть признано судом недействительным).

Неотъемлемым признаком исследуемого договора является, в том числе, согласие на получение дара, который на практике не всегда возможно вычислить, в особенности при заключении реального договора. Примером служат повседневные отношения, которые не требуют получения согласия одаряемого для принятия дара. Однако даже на бытовом уровне возможен отказ одаряемого при представлении ему дара, что в конечном итоге, обусловливает практическую значимость договора.

Следующими производными признаками являются увеличение имущества одаряемого и уменьшение имущества дарителя. Признаки являются взаимозависимыми, взаимопроникающими и неотделимыми друг от друга, их механизм реализации выражается в уменьшении, в том числе, прав либо имущества дарителя, и прямо пропорциональному увеличению благосостояния одаряемого.

Т. е. происходит увеличение объема имущественной массы либо иного благосостояния одаряемого путем передачи вещи, имущественного права или освобождение от обязанностей. Что касается предмета исследуемого договора в виде освобождения от обязанности, который вытекает из легального определения договора дарения, закрепленного ст. 572 ГК РФ, происходит уменьшение части имущества одаряемого, которая составляет пассивы, т. е. это ведет к наращиванию активов другой стороны.

Согласно п. 2 Методических рекомендаций по выявлению и реализации непрофильных активов под активами понимают основные и оборотные средства, включая денежные средства, материальные ценности, нематериальные активы и финансовые вложения [Распоряжение Правительства РФ от 10 мая 2017 г. N 894-р «Об утверждении Методических рекомендаций по выявлению и реализации непрофильных активов» // СЗ РФ. 2017. № 21. Ст. 3040.]. Пассивы являются обязательствами, которые должны быть погашены в течении определенного срока [Бочаров В. В. Корпоративные финансы. СПб.: Питер, 2001. 72 с.].

Признак увеличения имущества одаряемого отграничивает исследуемый договор от иных, при исполнении которых происходит увеличение имущественного благосостояния одной из сторон, однако не путем уменьшения имущественного благосостояния другого лица, который оказывает ту или иную услугу. Примером данной позиции может послужить институт страхования. При заключении данного договора в отношении выгодоприобретателя страхователем, то при наступлении страхового случая, выгодоприобретатель получит от третьей стороны данных правоотношений — страховщика, страховое возмещение, которое увеличивает его благосостояние, однако уменьшения имущества страхователя не происходит.

Данные признаки не относятся исключительно к дарению, т. е. могут быть присущи и иным договорам. Например, признак уменьшения имущества у одной стороны и одновременно увеличение у другой, можно встретить и в иных договорах, но уже представителях возмездных, примером может послужить договор купли — продажи, а принятие вещи или иного блага присуще другим сделкам, влекущим приобретение такой вещи или блага.

Таким образом, договору дарения присущи следующие признаки: безвозмездность, намерение одарить, согласие при получении дара, увеличение имущества одаряемого и уменьшение имущества дарителя.

ДОГОВОР ДАРЕНИЯ

Понятие и признаки договора дарения

Договор дарения — это гражданско-правовой договор, по которому одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п. 1 ст. 572 ГК РФ).

Договор дарения имеет ряд принципиальных отличий от иных гражданско-правовых договоров. Так, от срочных договоров аренды или ссуды договор дарения отличается тем, что вещь передается в собственность одаряемого. От договоров, предусматривающих передачу имущества в собственность контрагента (купля-продажа, мена, рента), договор дарения отличает безвозмездный характер отчуждения имущества. В отличие от завещания — односторонней сделки по распоряжению имуществом после смерти, дарение является договором (двусторонней сделкой), имеющем место только при жизни дарителя.

Таким образом, договор дарения занимает самостоятельное место в системе гражданско-правовых договоров, что обусловлено присущими ему особыми признаками.

Во-первых, договор дарения, в отличие от подавляющего большинства других договоров, является безвозмездным. Как отмечал Б. Б. Черепахин, «безвозмездною мы должны считать уступку имущества тогда и поскольку, когда и поскольку данная уступка предпринята без расчета обязать противную сторону к представлению соответствующего эквивалента» [1] .

Другие публикации:  Типовой договор съема

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением, а должен быть квалифицирован как притворная сделка. Не попадают под действие норм о дарении и денежные награды (премии), которыми работодатель может поощрять работников, а также иные выплаты и льготы (например, налоговые). На безвозмездный характер дарения не влияет символическая передача мелких денежных средств при дарении колюще-режущих предметов.

Во-вторых, признаком дарения является увеличение имущества одаряемого за счет передачи ему дарителем вещи или имущественного права либо освобождение его от исполнения обязанности. Соответственно, происходит уменьшение имущества дарителя, чем данный договор отличается, например, от договора страхования. В частности, по договору страхования, заключенному страхователем в пользу выгодоприобретателя, последний при наступлении страхового случая получает от страховщика страховое возмещение и увеличивает свое имущество, но не за счет уменьшения имущества страхователя.

В-третьих, признаком договора дарения является наличие у дарителя, передающего имущество одаряемому либо освобождающему его от обязанности, намерения одарить последнего за счет собственного имущества. При отсутствии такого намерения договор должен быть признан возмездным.

В-четвертых, непременным признаком договора дарения является согласие одаряемого на получение дара, несмотря на то что во многих бытовых сделках дарения мы не наблюдаем следов истребования такого согласия одаряемого на получение подарка [2] .

Договор дарения может быть как реальным, так и консенсуальным, поскольку юридическое значение может иметь не только факт передачи вещи, но и обещание ее подарить в будущем. По общему правилу, консенсуальным считается договор, который считается заключенным с момента достижения соглашения по всем существенным условиям договора; для заключения реального договора необходима передача имущества, с момента которой он и считается заключенным. Договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен, равно как и обещание подарить свое имущество (его часть) без указания на конкретный предмет дарения в виде вещи, права или освобождения от обязанности.

Консенсуальный договор дарения может быть заключен под отлагательным или отменительным условием. Например, родители обещают подарить дочери приданое в случае ее свадьбы. Следовательно, права и обязанности сторон наступают в случае, если такое событие, как вступление в брак (отлагательное условие), произойдет. Возможные отменительные условия договора дарения прямо предусмотрены законом (ст. 578 ГК РФ).

  • [1]Черепахин Б. Б. Дарение по Гражданскому кодексу РСФСР // Труды но гражданскому праву. М., 2001. С. 20.
  • [2]Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче имущества. М., 2001. С. 330—335.

Договора дарения признаки

РИЭЛТОР: ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ПРОФЕССИИ
УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ

1. Субъекты гражданских правоотношений

2. Объекты гражданских правоотношений

3. Сделки. Сделки с недвижимостью, подлежащие государственной регистрации

4. Право собственности и иные вещные права

5. Общие положения об обязательствах и договорах. Виды договоров

6. Правовое регулирование земельных отношений

Договора дарения признаки

Ранее гражданско-правовая доктрина трактовала дарение как один из способов приобретения права собственности, т.е. односторонний акт, а не договор 26 .

Обоснованием этого тезиса служил тот факт, что дарение, сопровождающее­ся передачей дара одаряемому, не порождает никакого обязательства. Иными сло­вами дарение (как реальная сделка) совершается и исполняется одновременно в момент передачи вещи. Сторонники противоположной точки зрения исходили из того, что предметом дарения могут быть не только вещи, передаваемые в собст­венность, но и различные имущественные права 27 .

Наконец самый серьезный повод в пользу признания договора дарения пол­ноценным договором гражданского права — это необходимость получить согласие одаряемого на принятие дара 28 .

В системе гражданско-правовых договоров договор дарения выделяется в отдельный тип договорных обязательств, благодаря наличию некоторых характер­ных признаков, позволяющих квалифицировать его в данном качестве. В числе такиx признаков можно назвать следующие: во-первых, основной квалифицирую­щий признак договора дарения состоит в его безвозмездности. В юридической ли­тературе существует взгляд на безвозмездные отношения в гражданском праве. Елисеев И.В. пишет: «Однако и безвозмездные правоотношения… также могут испытывать действие закона стоимости, хотя и не столь явное. Главное же, по­жалуй, состоит в том, что предмет не утрачивает присущие ему качества товара и тогда, когда он переходит от одного лица к другому безвозмездно» 29 .

На наш взгляд, безвозмездные гражданско-правовые договоры не нуждаются в подобных теоретических оправданиях, поскольку занимают достойное, справедливо им принадлежащее место в системе гражданско-правовых договоров.

Признак безвозмездности договора дарения означает, что даритель не получает никакого встречного предоставления со стороны одаряемого. Такой договор признается притворной сделкой, и к нему применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 ГК РФ. Как указано в российском дореволюционном гражданском пра­ве договор дарения не теряет своих качеств, если имеется встречное предоставление, которое носит чисто условный либо символический характер (например, вручение дарителю одаряемым мелкой монеты за подаренные острые предметы или комнатные растения) 30 .

Как отмечают М.И. Брагинский и В.В. Витрянский — при отсутствии осознания условности и символического характера предоставления со стороны одаряемого и, напротив, направленности воли сторон именно на компенсацию дара эти пра­воотношения не могут рассматриваться в качестве договора дарения даже в том случае, когда встречное предоставление явно не эквивалентно полученному дару 31 .

Во-вторых, признаком дарения является увеличение имущества одаряемого. Объем имущества одаряемого увеличивается путем передачи ему дарителем вещи или имущественного права либо освобождения его от обязанности. В последнем случае уменьшается часть имущества одаряемого, составляющего его пассивы, что равносильно увеличению активов последнего. Данный признак позволяет отличать договор дарения от иных договоров, не предусматривающих, так же как и при да­рении, встречного предоставления. Например, договор залога может быть заключен третьим лицом с кредитором должника в целях обеспечения обязательств последнего без какой-либо компенсации риска указанного третьего лица со стороны должника 32 .

И напротив, — дарение может происходить не только в форме безвозмездной передачи имущества, но и путем продажи имущества (имущественного права) по явно заниженной цене 33 .

В этой связи представляется уместным привести следующий пример судебной практики. Так, ОАО «СЕВЕР» обратилось в арбитражный суд с иском к ООО ТОК» о признании недействительным договора аренды с правом выкупа и применении последствий недействительности договора. ООО «ТОК» предъявило встречный иск о вынесении решения о государственной регистрации данного договора. Решением арбитражного суда от 06.11.2005 г. в удовлетворении основного иска отказано, а встречный иск удовлетворен. При этом суд исходил из того, что договор соответствует требованиям законодательства.

Согласно условиям оспариваемого договора ОАО «СЕВЕР» передавало ООО «ТОК» в аренду с правом выкупа часть своего имущества в частности зданий общей площадью 3000 кв. м. Стоимость выкупаемого имущества определена в сумме 1 093 668 415 рублей и должна быть внесена в течение 10 лет. Порядок и сроки внесения суммы выкупа определяет арендатор. За просрочку внесения суммы выкупа арендатор уплачивает неустойку в размере 0,01 процента от суммы долга за каждый день просрочки. Принимая решение, суд первой инстанции не дал оценки всем условиям договора, не выяснил, по каким причинам договор заключен на ус­ловиях, явно выгодных для арендатора и невыгодных для арендодателя 34 .

В силу п. 4 ст. 575 Гражданского кодекса Российской Федерации договор да­рения недопустим в отношениях между коммерческими организациями. В этой связи довод о безвозмездности договора уступки требования требовал тщательной проверки 35 .

При изложенных обстоятельствах принятое по делу решение не может быть признано достаточно обоснованным, что в соответствии с ч. 3 ст. 175 Арбитражно­го процессуального кодекса Российской Федерации является основанием к его от­мене и передаче дела на новое рассмотрение 36 .

При дарении увеличение имущества одаряемого должно происходить за счет уменьшения имущества дарителя. Этот признак необходим для отграничения до­говора дарения от иных договоров и сделок, реализация которых влечет увеличе­ние имущества лица, но не за счет уменьшения имущества оказывающего ему ус­лугу другого лица. Такие правоотношения имеют место, в частности, по договору страхования, заключенному страхователем в пользу выгодоприобретателя, кото­рый при наступлении страхового случая, получая от страховщика страховое воз­мещение, увеличивает свое имущество, но не за счет уменьшения имущества страхователя 37 .

В-третьих, признаком договора дарения является также наличие у дарителя, передающего одаряемому имущество либо освобождающего его от обязательств, намерения одарить последнего, т.е. увеличить имущество одаряемого за счет соб­ственного имущества. При отсутствии такого намерения у «дарителя» договор при­знается возмездным 38 .

В-четвертых, признаком договора дарения является согласие одаряемого на получение дара. Данный признак не всегда можно обнаружить в отношениях, свя­занных с дарением, особенно если договор дарения заключен по модели реального договора.

В юридической литературе обосновывались и другие признаки договора да­рения, восходящие к классическому римскому праву: бесповоротность перехода прав, бессрочность дарения, увеличение имущества одаряемого, уменьшение иму­щества дарителя и некоторые иные. Все эти признаки, действительно, обычно при­сущи дарению. Но все они производны от безвозмездного характера дарения, а по­тому не имеют самостоятельного значения 39 .

Основными видами дарения являются реальный договор (непосредственное дарение) и консенсуальный договор дарения (дарственное обещание). Помимо ука­занного законодатель ввел договор обещания освобождения от имущественной обязанности. В качестве классификационного критерия здесь выступает момент заключения договора. Но возможна и другая классификация, в основу которой поло­жена цель дарения. Так, различаются дарение в собственном смысле слова, т.е. действие, совершаемое в интересах одного одаряемого лица, и пожертвование — дарение, совершаемое в общих интересах неопределенного круга лиц, преследующее общеполезные цели (ст. 582 ГК). Обе приведенные классификации не пересекаются между собой, поэтому пожертвование может выступать и как реальный договор, и как консенсуальный 40 .

По общему правилу реальный договор отличается от консенсуального, который считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора, тем, что для заключения реального договора необходима также передача имущества, поэтому такой договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (п. 1, 2 ст. 433 ГК РФ). В этом смысле договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому, на первый взгляд представляется реальным договором: отсутствует разрыв времени между заключением договора и появлением права у одаряемого; передача имущества дарителем представляет собой не исполнение обязательства, а действие последнего по заключению договора дарения 41 .

На наш взгляд, целесообразно было бы выделить специфические черты договора дарения, отсутствующие у других реальных договоров: во-первых, иные реальные договоры (рента, заем, перевозка) заключается путем передачи имущества, в том числе и на основе соглашения сторон, которые вступают в силу с момента передачи имущества. Для договора дарения такая возможность исключается: при наличии соглашения между дарителем и одаряемым мы имеем дело с консенсуальным договором обещания дарения. Во-вторых, передача дарителем имущества в качестве дара одаряемому имеет своим результатом непосредственное возникновение у одаряемого права собственности на подаренное имущество. Деление гражданско-правовых договоров на реальные и консенсуальные имеет своим основанием момент возникновения обязательств. Договор дарения, не порождающий обязательственно-правовых отношений, не укладывается в эти рамки и не может быть отнесен к числу реальных договоров. В современной юридической литературе взгляд на договор дарения как на вещный договор наиболее аргументировано объясняет М.И. Брагинский, который, анализируя нормы действующего ГК о договоре дарения, приходит к выводу, что договор представляет собой не что иное, как «обычный вещный договор и только при консенсуальном варианте дарения может считаться обычным односторонним договором» 42 .

М.И. Брагинский подчеркивал: «Существующие вещные договоры не укладываются, в отличие от реальных договоров, в рамки обязательственных правоотношений и соответственно, могут рассматриваться как один из случаев проникновения внешних элементов в обязательственные правоотношения. Вещный договор отличается не только от консенсуальных, но и от реальных договоров. Имеется ввиду, что реальные договоры относятся к категории обязательственных. Это означает, что такие договоры, хотя и возникают с передачей вещи, но вместе с тем, порождают обычное обязательственное правоотношение с наличием у сторон взаимных прав и обязанностей» 43 .

Еще одну важную особенность договора дарения как вещного договора отмечает М.И. Брагинский, а именно: в отличие от иных гражданско-правовых договоров, понятие договора дарения лишено таких аспектов, как «договор-правоотношение» и «договор-документ» (форма выражения правоотношений) и имеет лишь одно значение — «договор-сделка». «Все дело в том, что вещный договор не предполагает какого-либо обязательственного правоотношения. Его функции ограничиваются тем, что речь идет именно о договоре-сделке и как таковой он не укладывается в рамки, обычные для классификации договоров 44 .

Это относится, в частности, к делению «договоров-правоотношений» на односторонние и двусторонние. Характеристика односторонности и двусторонности сделки имеет, как хорошо известно, совсем иное значение» 45 .

Итак, договор дарения, заключаемый путем передачи дарителем имущества одаряемому, отличается от консенсуального договора обещания дарения не только по моменту его заключения, но и тем, что он вообще не порождает обязательств сторон и поэтому не может быть отнесен также и к реальным договорам. По своей правовой природе такой договор дарения представляет собой «договор-сделку», т.е. юридический факт, служащий основанием прекращения права собственности дарителя и возникновения права собственности у одаряемого на подаренное иму­щество. Пожалуй, единственная причина, по которой данный юридический факт признается не только основанием перехода права собственности, но и договором, состоит в необходимости для дарителя получить согласие одаряемого на передачу соответствующего дара. Все остальные качества гражданско-правового договора («договора-правоотношения» и «договора-документа») в данном случае не имеют смысла 46 .

Отграничение договора дарения от других обязательств

Отграничение дарения от сходных институтов гражданского права является достаточно актуальным вопросом. Так, купля-продажа является явным антиподом дарения в силу своей возмездности. От договора ссуды дарение отличается тем, что вещь, являющаяся предметом договора, передается в собственность, а не во временное пользование, как при ссуде. Кроме того, предметом дарения может выступать не только вещь, но и имущественное право, а также освобождение от обязанности. В отличие от завещания — односторонней сделки по распоряжению имуществом на случай смерти — дарение является договором, г. е. двусторонней сделкой, а потому может иметь место лишь при жизни дарителя. Заем (ст. 807 ГК) и хранение вещей на товарном складе с правом хранителя распоряжаться ими (ст. 918 ГК) внешне напоминают дарение, поскольку вещи (деньги) передаются в собственность заемщика или хранителя без какой-либо платы. Но из договора дарения обязатель­ство либо вообще не возникает (большинство реальных договоров дарения), либо кредитором в этом обязательстве выступает получатель имущества (консенсуальные договоры дарения). Тогда как в договорах займа и хранения с правом распоря­жения имуществом получатели имущества (заимодавец и хранитель) являются должниками, обязанными вернуть взамен полученных ранее вещей равное количество вещей того же рода и качества 47 .

Проблема правовой природы прощения долга не является новой для науки гражданского права. Как ученые, так и специалисты в области цивилистики пред­лагали различные точки зрения, обосновывающие суть указанного способа испол­нения обязательства. Если мы осуществим попытку обобщить существующие взгляды по данному вопросу, то увидим, что они в основном сводятся к трем тео­ретическим конструкциям 48 .

Первая, и, пожалуй, самая распространенная, теория правовой природы прощения долга доказывает, что поименованный выше способ прекращения обязательства имеет договорную природу и является не чем иным, как разновидностью договора дарения 49 .

Вторая конструкция, основываясь также на сделочной природе прощения, шесте с тем исключает принадлежность его к договорам. Представители этой теории полагают, что прощение долга — односторонняя сделка 50 .

Другие публикации:  Адвокат логинов отзывы

И, наконец, третья, и, на наш взгляд, последняя в предложенной классификации теоретическая концепция как бы предлагает своеобразный компромисс в давно ведущемся споре. Так, была высказана точка зрения, что прощение долга является самостоятельной двусторонней сделкой, не являющейся договором дарения и тем боле сделкой односторонней 51 .

Таким образом, единства мнений в рамках рассматриваемой проблемы не наблюдается. Не сложилось однозначного понимания этого института и в судебно-арбитражной практике. Итак, в соответствии со ст. 415 ГК РФ обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора. Непосредственно ст. 415 ГК РФ не позволяет определить, какая перед нами сделка. Здесь не содержится правила о том, что для совершения прощения достаточно вы­ражения только одной воли кредитора либо согласованной воли кредитора и должника. Закон указывает только на действие кредитора в виде «освобождения».

О. Шилохвост, обосновывая односторонний характер прощения долга, предла­гает учитывать исключительно волю кредитора. В частности, он пишет: «Обяза­тельство прекращается с момента выражения кредитором воли освободить долж­ника от обязанности. И в случае, когда такое выражение сделано без нарушения за­кона (в надлежащей форме и т. д.), — является окончательным. Решающей в этом случае должна считаться воля кредитора» 52 .

Напротив, на необходимость учитывать волю должника указывает Н. Щербаков. Считая прощение долга двусторонней сделкой, автор приводит весь­ма интересное обоснование своей точки зрения. Так, он отмечает, что должник мо­жет быть и не заинтересован в прощении ему долга: «В самом деле, прощение дол­га может привести к определенному урону деловой репутации должника, к формированию у участников оборота к нему отношения как к «лицу, не имеющему воз­можности платить по своим долгам», к лицу с низкой платежеспособностью» 53 .И, как нам кажется, подобное утверждение следует признать правомерным.

Полагаем что, должник должен иметь возможность выразить свое отношение к прощению собственного долга. Иное попросту не отвечало бы принципам делового оборота, поскольку должник всегда рискует, что в отношении него сформиру­ется негативная деловая репутация. По мнению профессора М. Брагинского, «при­знаком прощения долга как особого способа прекращения обязательств, служит то, что при нем не предполагается какое бы то ни было встречное удовлетворение. Иначе отношения сторон превратятся, в зависимости от обстоятельств, в новацию или отступное. Поскольку прощение долга представляет собой освобождение кре­дитором должника от имущественной обязанности, совершаемое по соглашению между сторонами, оно превращается в предмет договора дарения. По этой причине к прощению долга следует применять, среди прочего, нормы ГК, которые устанав­ливают случаи запрета дарения (ст. 575) либо его ограничения (ст. 576)» 54 .

Отмеченная позиция долгое время занимала главенствующее положение в судебно-арбитражной практике. Так, ЗАО «МСК» (истец) обратилось в арбитражный суд Москвы с иском к ОАО АКБ «Сбербанк России» (ответчик) о признании недействительным в соответствии со ст. 168 ГК РФ соглашения, заключенного ме­жду ними, как не соответствующего требованиям п. 4 ст. 575 ГК РФ. В дополнение к этому требованию истец также просил применить последствия недействительно­сти указанной сделки в виде обязания ответчика возвратить истцу полученные по недействительной сделке денежные средства. Требования истца были удовлетворе­ны.

При этом арбитражным судом было установлено, что в ходе исполнения кредитного договора между сторонами было заключено отдельное соглашение.

По условиям указанного соглашения, зафиксировавшего, что по состоянию на 20 октября 1998 г. валютная задолженность истца по основному долгу составляет 8925 536 долл. США, в случае погашения истцом в срок с 20 октября 1998 г. по 1 февраля 1998 г. валютной задолженности по основному долгу в сумме не менее 3 570 214,40 долл. США остальная часть валютной задолженности конвертируется банком в задолженность, выраженную в рублях, по курсу 7,15 руб. за 1 долл. США.

Арбитражный суд, выяснив цель соглашения, дал ему следующую оценку: Конвертация оставшейся валютной задолженности в рублевую по курсу 7,15 руб. за 1 долл. США может свидетельствовать о частичном прощении долга, что в отношениях между коммерческими организациями также квалифицируется как даре­ние, при этом сумма, приобретаемая истцом в результате этого, составляет более 70 млн. руб. 55 .

Однако, на наш взгляд, указанная точка зрения не учитывает одного принципиального обстоятельства. Действительно, в соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения, одна сторона (даритель) наряду с безвозмездной передачей вещи в собственность либо имущественного права также освобождает или обязуется ос­вободить другую сторону (одаряемого) от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Таким образом, освобождение кредитором должника от обязанности перед самим собой в рамках договора дарения явно схоже и с проще­нием долга. Однако сходство только внешнее. Признать прощение долга разновидностью договора дарения может помешать направленность воли кредитора на создание соответствующего правоотношения 56 .

Исходя из этого, сложение обязанности должника совсем не обязательно должно являться результатом намерения кредитора сделать должника одаряемым. Воля кредитора может и не быть направлена на совершение сделки дарения. Проиллюстрировать сказанное можно на следующем примере 57 .

Определением арбитражного суда утверждено мировое соглашение, которым предусматривалась скидка с долга должника перед конкурсными кредиторами в размере 30%, а также отсрочка погашения требований кредиторов в оставшейся части. Один из конкурсных кредиторов, голосовавших на собрании кредиторов против заключения мирового соглашения, обжаловал определение об утверждении мирового соглашения в суд кассационной инстанции со ссылкой на то, что проще­ние долга в данном случае является незаконным, поскольку и должник, и заявитель жалобы являются коммерческими организациями, между которыми в силу п. 4 ст. 575 ГК РФ дарение запрещается. Суд кассационной инстанции отклонил доводы заявителя, поскольку по обстоятельствам рассматриваемого дела частичное прощение долга имело целью восстановление платежеспособности должника и ника­ких доказательств, свидетельствующих о намерении кредиторов одарить должника, не было представлено. В подобной ситуации вряд ли есть основания полагать, что частичное освобождение конкурсными кредиторами должника от его долга явилось даром с их стороны 58 .

Приведенный пример наглядно показывает, что только выяснение действительной воли кредитора должно являться основанием для квалификации и, соот­ветственно, разграничения дарения и прощения долга, обладающих весьма схожи­ми признаками. Однако это все же не дает ответа на вопрос о видовой принадлеж­ности прощения долга применительно к типу сделки. Как уже отмечалось, норма ст. 415 ГК РФ не позволяет достоверно определить, к какому виду сделок относит­ся прощение долга. К примеру, может создаться впечатление, что кредитор путем направления определенного уведомления должнику или совершения иного дейст­вия предлагает ему более не исполнять взятую на себя обязанность или не присту­пать к ее исполнению вообще, используя при этом такие слова, как «я вас прощаю», «я вас освобождаю» или «я с вас слагаю». И здесь мы вполне можем утвер­ждать, что кредитор таким образом совершает одностороннюю сделку. Однако ука­зание на «освобождение» само по себе не дает достаточных оснований определить существо (правовую природу) прощения долга. При этом заниматься выяснением этимологии слова «освобождение», прибегая к толковым словарям, совсем не обя­зательно. Это лишь укажет на характер этого действия, даст нам его понимание, но на природу прощения свет не прольет. Более того, подобный вывод абсолютно не исключает необходимости учитывать волю должника при сложении с него долга 59 .

Согласно п. 2 ст. 154 ГК РФ для совершения односторонней сделки необходимо и достаточно выражения воли одной стороны. В отличие от односторонних сделок, заключение договора требует выражения согласованной воли двух или бо­лее сторон (п. З ст. 154 ГК РФ).

По мнению А.М. Эрделевского, если норма закона не позволяет определенно квалифицировать регулируемое ею действие в качестве односторонней сделки, то такое действие следует считать дву- или многосторонней сделкой 60 .

С этим вполне можно согласиться, однако с некоторыми дополнениями: если иное не установлено законом или соглашением сторон. Данная оговорка в сущности означает, что прощение долга в смысле ст. 415 ГК РФ является двусторонней сделкой, но в случаях, указанных в законе или заключенном между сторонами договоре, для сложения долга будет достаточно выражения воли только кредитора.

В законе двойственность прощения долга обнаруживается при анализе некоторых оснований прекращения отдельных видов обязательств. Так, согласно пп. 4 п. 1 ст. 378 ГК РФ обязательство гаранта перед бенефициаром по банковской га­рантии прекращается вследствие отказа бенефициара от своих прав по гарантии путем письменного заявления об освобождении гаранта от его обязательств. Это так называемый частный случай прощения долга в форме одностороннего акта, урегулированный нормой ГК РФ. Аналогичным образом и в договоре сторонам не запрещается согласовать условие, в соответствии с которым обязательство может быть прекращено кредитором путем одностороннего прощения возникшего у должника долга 61 .

Таким образом, резюмируя изложенное, мы полагаем, что: — прощение дол­га при отсутствии направленности воли кредитора на безвозмездное одарение должника представляет собой самостоятельный договор кредитора и должника, отличный от договора дарения и направленный на сложение (прощение) лежащих на должнике обязанностей с целью прекращения существующего между ними обяза­тельства;

— прощение долга, совершенное с целью одарить должника в виде безвозмездного сложения с последнего долга, представляет собой не что иное, как договор даре­ния;

— прощение долга в случаях, указанных в законе или соглашении сторон, может выступать как односторонняя правопрекращающая сделка.

В данном случае также представляется уместным рассмотреть отношения, возникающие в сфере договора дарения и наследования. Особенно это касается проблем налогообложения, в связи с вступлением в силу 1 января 2006 г. Федерального закона от 1 июля 2005 г. № 78-ФЗ «О признании утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Фе­дерации и внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Фе­дерации в связи с отменой налога с имущества, переходящего в порядке наследо­вания или дарения» 62 .

Сущность указанного законодательного акта заключается в том, что законо­датель установил новые подходы к налогообложению имущества, переходящего в порядке наследования и дарения, в части определенного субъектного состава, которым являются только налогоплательщики — физические лица.

Федеральный закон № 78-ФЗ предусматривает два вида перехода права собственности на имущество — в порядке дарения и в порядке наследования. В части налогообложения имущества, переходящего в порядке наследования, Федеральным законом № 78-ФЗ установлено, что со стоимости наследуемого имущества физиче­ским лицам не придется платить налог на доходы физических лиц. Изложенное правило зафиксировано в п. 18 ст. 217 НК РФ, которое устанавливает, что доходы физического лица, полученные в виде совокупности имущества, перешедшего в порядке наследования, освобождаются от налогообложения, а именно «доходы в денежной и натуральной формах, получаемые от физических лиц в порядке наследования». Из данного правила есть единственное исключение: налогом на доходы физических лиц облагаются вознаграждения, которые выплачиваются наследникам (правопреемникам) авторов произведений науки, литературы, искусства, а также открытий, изобретений и промышленных образцов 63 .

Несколько иная ситуация сложилась в отношении налога с имущества, переходящего физическим лицам в порядке дарения. В связи с отменой с 1 января 2006 г. Закона № 2020-1 налогообложение подаренного имущества также будет регули­роваться главой 23 НК РФ. Статья 217 НК РФ дополнена п. 18.1, в соответствии с которым не подлежат налогообложению доходы в денежной и натуральной фор­мах, получаемые от физических лиц в порядке дарения. Однако придется платить налог на доходы физических лиц по договорам дарения недвижимого имущества, транспортных средств, акций, долей, паев всем физическим лицам, кроме членов семьи и близких родственников, которые освобождаются налоговым законодатель­ством от уплаты налога 64 .

Примечательно, что в данном случае налоговое законодательство РФ использует понятийный аппарат семейного права. С точки зрения юридической техники законодатель использовал бланкетную норму, но при этом не раскрыл перечень близких родственников. Так, к числу членов семьи и близких родственников зако­нодатель отнес лиц, которые в соответствии с Семейным кодексом Российской Фе­дерации являются таковыми. Это супруги, родители и дети, в том числе усынови­тели и усыновленные, дедушки, бабушки и внуки, полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры 65 .

Вызывает некоторые сомнения практика правоприменения Федерального закона № 78-ФЗ, поскольку законодатель не указал, по какому подаренному имуществу применяются новые правила в части сроков обращения за оформлением права собственности на подаренное имущество 66 .

Новой порядок налогообложения применяется к договорам дарения, которые заключены не ранее 1 января 2006 г. По нашему мнению, проблема может возникнуть в связи с тем, что оформление права собственности на имущество, переходящее в порядке наследования, у наследников занимает более длительное время, чем у одаряемых.

С 1 января 2006 г. в соответствии с новым законодательством основной новацией в налогообложении доходов физических лиц в результате наследования или дарения имущества является замена прогрессивной ставки налога на пропорцио­нальную. Ставка налога на доходы физических лиц (глава 23 НК РФ), а именно на имущество, переходящее в порядке наследования (точнее — только на те несколько видов имущества, переходящие в порядке наследования, которые законодатель не освободил от налогообложения) или дарения устанавливается в размере 13% для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации, или 30% в отношении доходов от источников в РФ, получаемых физическими ли­цами, не являющимися налоговыми резидентами РФ 67 .

Таким образом, проанализировав соотношение договора дарения и других институтов гражданского права, можно сделать определенные выводы. Договор дарения, в силу своих специфических особенностей, значительно отличается от других гражданско-правовых договоров таких как: купля-продажа, ссуда, заем, хранение и т.д. Отличие договора дарения от наследования состоит преимущественно в сфере налогообложения, здесь можно отметить, что если новые правила налогообложения наследства, бесспорно, более выгодные, так как практически все имущество, переходящее в порядке наследования, освобождается от налогообло­жения, то в случае дарения этого утверждать нельзя. Говоря о соотношении дого­вора дарения и прощения долга, то в юридической литературе по этому вопросу сложилось дискуссия. На наш взгляд, прощение долга является самостоятельной двусторонней сделкой, не являющейся договором дарения и тем более сделкой од­носторонней, а в отношении договора дарения, выступающей юридически техни­ческим средством, с помощью которых даритель выполняет определенные дейст­вия.